Тарис

[Sven]

За прошедшее время, ситх весьма не дурно обосновался в верхних уровнях планетарной агломерации. По вечерам тут был приятный вид. Подмять под себя сеть оккультных организаций, не стала трудным делом как и ожидалось, потому что собственной мощи ситху хватало для того чтобы своими сверх-естественными способностями впечатлить экзальтированных культистов. Сложнее было с высшими их иерархами, так как впечатлить их с одной стороны было труднее, с другой они и сами кое что могли продемонстрировать, правда действуя совсем по другому, чем нежели форс-мэйкер адепты, такие как Илиах. Они использовали методики старинных школ, идущих ещё с незапамятных времён колонизации Тариса, и сохраняя традиции, маги утверждались в правильности избранного пути, когда их действия отзывались словно бы случайными событиями устроенными мирозданием, синхронизируясь с их мыслями и действиями. Таких Илиаху пришлось убеждать, через логику и задействовать административный ресурс, когда он полетел переговорить с планетарным правительством, от лица Её Королевского Величества Фемидии, как один из ближайших слуг королевы-цезарины Лиги.
Конечно же этот вопрос проверяли, и получая не уточняющий ответ от Себастиана, члены правительства практически сразу предоставили Илиаху звание почётного горожанина Тариса, а имя его разошлось циркуляром по департаментам местной полиции. Таким образом, именем Сит'ари став важной шишкой на этой планете, Илиах уже проще убеждал магов-оккультистов, что им лучше идти под его крыло и покровительство. Теперь, когда информация об Илиахе всплыла, он получил приглашение в гости, от главы департамента по делам Полицайкорпса Королевской Лиги. Дело в том, что Дитерих предпочитал курировать разные дела происходящие на планете и ему было интересно, для чего здесь этот загадочный слуга королевы. Впрочем, встреча ничего особенного не дала, Илиах сказал, что ему нравится Тарис, одна из самых густонаселённых планет Лиги, и потому-то он и решил здесь обосноваться. Говорил он при этом правду или же врал, ни того ни другого Дитерих доказать или опровергнуть не мог. Поэтому они просто мило побеседовали, познакомились, обменялись контактами и распрощались.
Для Илиаха это были дополнительные связи, что не в меньшей степени впечатляло обывателей, особенно тех которых Илиах брал себе в прислугу их числа посвящённых оккультистов низших уровней. Продолжал Илиах также обставлять свои апартаменты, а также оборудовал пару тайных схронов в нижних уровнях, постепенно делая эту планету пригодной базой для себя лично.

[Sven]

Флешбек к посту выше
Роскошная квартира, в элитном районе Тариса, где не принято было интересоваться чужими финансами, но даже тут порой соседи предпочитали хоть немного узнавать друг друга, что было полезно для бизнеса, через завязывание связей. Но эта квартира выделялась. Прислуга управляющей корпорации, блюла репутацию, в целом. Но даже за деньги портье и коридорные дорбелы могли лишь рассказать, что в эту квартиру захаживают неизвестные тёмные личности, которые зачастую скрывают свои лица. Впрочем, если крупные воротилы этой планеты-экуменополиса имели свои не малые ресурсы для ведения исследовательской деятельности, то уж Бюро по контролю и надзору за работой департаментов Полицайкорпса Королевской Лиги имело этого ресурса намного больше, и не удивительно, что с какого-то момента, началось наружное наблюдение за этой квартирой. Проверялись по базам данных личности, что сюда прибывали, в основном местные, из числа бизнесменов, деятели искусств, учёные но все здесь бывали инкогнито. Плюс здесь часто бывали девушки, ни где не работающие, но имеющие неоправданно высокие доходы.
Когда отчёт лёг на стол маркиза сектора Каламит, он уже было думал что это какой-то элитный публичный дом, который можно прикрыть, за то что он не зарегистрировался и не платил налогов. Но когда встал вопрос, кому принадлежит квартира, вопрос об идентификации личности, привлёк внимание Дитериха. Он приостановил пыл группы захвата, приказав продолжить расследование. Дознаватели провели огромную работу, но личность гостя планеты, была под покровом неизвестности, и тогда Дитерих связался с Вайсом Хельмхардом, так как ниточка вела куда-то к перемещающейся столице КронЛиги. И ответ вскоре пришёл, известно имя — Илиах, чувствительный к Силе человек, из числа людей королевы-цезарины. Для Дитериха сие были исчерпывающие данные. Отчасти он понял почему этот загадочный ситх, не афиширует свою личность. Но некоторые вопросы всё же остались, и так как служили они одной королевской чете, Дитерих решил лично поговорить с этим человеком.

Каково было изумление частных детективов, которые следили за квартирой по найму от местных членов планетарного правительства, когда сюда прибыл кортеж начальника Полицайкорпса Лиги. Самого влиятельного человека, на этой планете. С небольшой группой телохранителей Дитерих остановился у двери, и позвонил. Дверь открылась и мужчина вошёл внутрь. В просторном зале, на полу в позе лотоса сидел в своей чёрной мантии Илиах, капюшон свой он сбросил на плечи, открывая лысую свою, бледную голову. Не смутившись, бывший десантник 4-го легиона сказал.
— Приветствую вас, герр Илиах, моё имя Дитерих Кройц.
— Большая честь, маркиз. Чем обязан такой чести, лицезреть целого секторального правителя, да ещё и руководителя межзвёздной полицейской организации? Ведь как я понимаю, вы уже знаете кто я. — Ровным тоном осведомился Илиах.
Дитерих улыбнулся, он ощущал страх при виде этого ситха, но как решительный и отважный человек, он умело преодолевал свой страх.
— Вы наблюдательны, сударь. Хотя стоит отметить, было не легко узнать вашу личность, местным что пытаются её узнать, мои каналы и вовсе недоступны, так, что у них вряд ли это получится.
— Если только вы не поделитесь с ними этой информацией — ответил Илиах, но Дитерих поднял руки в примирительном жесте.
— Я не намерен разрушать ваше инкогнито. Но я хотел бы знать, для каких целей вы здесь на этой планете? Будем честны до конца, я хочу знать стоит ли мне ждать неприятностей?
Илиах едва уловимо улыбнулся и ответил.
— Не волнуйтесь, Ваша Светлость. Я не враг верховному королю и его слугам, ведь он муж моей владычицы Сит'ари, а следовательно мы с вами, осуществляем своё служение ради общих целей. Здесь я в своих личных целях, мне нужна база для действий в других частях Галактики, в интересах Ордена нашей владычицы. Я объединил разрозненные оккультные ордена и кружки этой планеты, и подчинил их себе. Так что в какой-то степени, я даже улучшил для вас, криминогенную обстановку, ибо если мне вдруг что-то станет известно, что может навредить власти Королевской Лиги здесь, вы конечно же об этом узнаете. Сейчас, я уже завершил построение базы. Финансовой, информационной. И если вы не возражаете, всё будет развиваться дальше, это в интересах Лиги здесь, на этой планете. Скажем если вдруг местные политики или бизнес, начнут затевать нечто противоречащее интересам Лиги и Ордена Ситхов мы с вами вместе их раздавим. Такова моя позиция здесь.
Немного помолчав, Дитерих кивнул.
— Чтож, это даже большее, чем я ожидал услышать. Я не возражаю, и даже готов при необходимости помочь. Будем сотрудничать и обмениваться информацией, герр Илиах.
Он оставил на небольшом столике у стены микрочип.
— Это мои служебные контакты, они защищены службой КСК. Местное правительство настроено дружелюбно к нам, но вы правы, при необходимости именно мы с вами, раздавим в этом экуменополисе любой мятеж. Что ж не стану вам боле докучать.
— Ну что вы — Илиах встал и кивнул. — Визитом своим вы оказали честь, маркиз. Хорошего вечера.
Дитерих распрощался с ситхом и улетел со своей свитой обратно домой. Дел было ещё по горло, но он обрёл только что союзника, которого можно было охарактеризовать как и теневую руку государыни Фемидии. Это был несомненный плюс.
Илиах также остался доволен встречей, маркиз показался ему простоватым, но его отчаянную храбрость, и упрямую решимость он ощутил едва ли ещё не за входной дверью. Такие люди были полезны, когда нужно открыто победить врага, и иметь таких людей в союзниках, довольно полезно и для самого Илиаха, к тому же само это знакомство упрочило связи ситха в "верхушке" Королевской Лиги. Дело шло хорошо, Орден всё сильнее вплетался в эту Лигу, и играл в ней всё большую роль, как казалось Илиаху. Впрочем, его построение базы подходило к концу, можно было немного расслабиться на сегодня. В спальной его ждала роскошная, молодая оккультистка Винси имеющая не плохой потенциал к ясновидению, к которой и направился ситх, дабы снять напряжение в диком ритуале сексуальной магии. За последние дни Винси каким-то образом смогла выжить других красоток их этой постели.

[Sven]

Обеспечив себе некоторого рода безопасность, со стороны законников Королевской Лиги, представленных на этой планете, Илиах продолжил укреплять тайные сети своих оккультных собраний, организаций, лож, которые объединяли не мало людей по системам ячеек. Со всей этой сети, помимо информации, которой он делился теперь с маркграфом и главой Полицайкорпса Лиги, Илиах имел некоторый доход, позволявший ему содержать купленные апартаменты и звездолёт. Но вдруг пришедший приказ, утверждённый правой рукой Сит'тари внёс некоторые коррективы в жизнь Илиаха. Пересчитав доход, он определил сумму, которую теперь в течении года будет отправлять в казну на "Восходящем", в уплату затрат на апартаменты и звездолёт, а также постоянную, ежемесячную сумму со своего дохода. Таким образом, в итоге оставалось у него довольно не много, хватало чтобы содержать своё имущество, но нужно было как-то расширить деятельность.
По счастью в эйкуменополисе, используя сеть оккультных сообществ, можно было заработать не только на членских взносах оккультистов. Можно было монетизировать обучение. Свою протеже, Илиах обучил двум дыхательным техникам, очень полезным не только для форс-юзеров, но и для обычных людей — сосредоточиться, привести мысли в порядок, что в условиях города необходимо. И под его руководством, Винси начала оказывать образовательные услуги, продавая это "тайное знание". Хорошей рекламой было сарафанное радио по сети оккультистких кружков и сообществ. Так что клиентура потянулась, и ценник постепенно пошёл вверх. Так Илиах создавал легальный доход, но на этом останавливаться он не собирался. Большой город — большие дела между людьми, большие дела — серьёзные споры в бизнесе, ну а это приводит к необходимости устранить конкурента. И этим и решил заняться Илиах, тем более что сам по себе он мог сделать всё идеально чисто. Тренировки позволяли.
Но прежде чем заняться бизнесом, по устранению людей, ему нужно было создать небольшую базу для себя лично, на одного человека, подальше от посторонних глаз, на самом дне нижних уровней Тарисского эйкуменополиса. И беря во внимание аскетизм Илиаха, это не требовало каких-либо серьёзных денежных вложений. Всё что ему было нужно, схрон где можно замести следы. Сами убийства он мог проводить при помощи Силы.

[Sven]

Своё исследование криминального мира Тариса, ситх Илиах начал не с нуля, конечно же так как в оккультных кругах, которые были ему доступны были свои подвязки на торговцев дурью, которые в свою очередь снабжали некоторых оккультистов средствами для расширения сознания. Избрав подходящее место, найденное после двух суток поисков, Илиах начал там развёрстку. С собой у него был переносной компьютер, который он использовал для структуризации информации, а также подключения к городской Сети. Получив необходимую информацию, он сам занялся установкой защитных приборов, которые бы сигнализировали о вскрытии тайного убежища, какими-нибудь мародёрами, а также взрывчатки, на тот случай если несанкционированный доступ таки произойдёт и взломщики справятся с замками и кодами. База была сформирована, и по сети своих информаторов из среды оккультистов, Илиах запустил информацию о том, что можно устранить конкурента, или надоевшего человека магическим путём. Для этого нужно было провести ритуал призвания в нужном месте, тайном месте, месте глубоко на нижних уровнях (за стеной от тайной базы Илиаха). Тут он установил микро-передатчики для того, чтобы вести запись заказов, которые будут проводиться в форме ритуалов "чёрной магии". Но следом за информацией о чёрном ритуале, шла пущенная Илиахом также и информация о том, что за каждый такой ритуал придётся платить, как и чем — это оставалось под покровом тайны. Сам Илиах планировал вымогать оплату с клиентов пост-фактум. Оставив записывающее устройство, с оповещателем настроенным на его коммлинк, Илиах покинул тайное убежище, и вернулся к себе в апартаменты. Статус Чёрной Карты, позволял делать её недоступной для правоохранителей этого мира, а следовательно именно через неё, ситх решил получать деньги. Теперь, оставалось лишь ждать когда кто-нибудь опробует "чёрный ритуал", пусть даже чисто любопытства ради. Даже в этом случае, ситх готов был неотвратимо выполнить заказ, что станет лучшей рекламой в определённых кругах. Дома было спокойно, довольно тихо. Пройдя в комнату для медитаций, Илиах активировал клинок светового меча, и вошёл в состояние глубокой медитации в Тёмной Стороне Силы.

[Sven]

С заказными убийствами, через "чёрный ритуал" на нижних ярусах, как-то сразу не задавалось. Мало того, что эта деятельность в общем-то незаконная, и могли бы возникнуть проблемы в отношениях с правоохранителями, с главой которых Илиах имел теперь личные отношения (которые он портить не собирался). Так к этому ещё и прибавлялась политическая и экономическая стабильность на этой планете, экономически рост вызванный в первую очередь увеличившейся межзвёздной торговле Тариса, а как следствие хоть желающие устранять людей из жизни не перевелись совсем, но это в основном стали заказы из ревности, отчаяния и другим, подобным, бытовым вопросам. Поэтому, Илиах хорошенько подумал и решил с этим кончать, и найти менее рискованные возможности заработка. Нужны были деньги для вложений, но снова брать из копилки Ордена он боле не собирался, ведь ему итак было необходимо рассчитаться с Орденом, за уже взятые оттуда средства. Винси зарабатывала и на приём клиентов, кому нужны были советы в их жизни от оккультного практика, как она представляла свои услуги клиентам но там были ещё не те суммы, какие интересовали Илиаха, и всё что ему оставалось оформить небольшой кредит.
На это ушло некоторое время, но проблем особых не возникло, и теперь Илиах планировал использовать своё мастерство, для заработка и покрытия своих долгов. Проверив базу данных местного рынка недвижимости, он связался с одним из агентов, по поводу ещё одной элитной квартиры на верхних ярусах. И ни смотря на то, что суммы имеющейся у него в наличии не хватало, по заявленной стоимости, полетел на встречу и предварительные переговоры (естественно об отсутствии нужной суммы, он продавцу не сказал. На переговорах агент расхваливал квартиру, указывал на район и прочие её позитивные качества, а когда речь зашла о непосредственной сделке, Илиах использовал технику Силы убеждая собеседника в том, что тот должен отпустить апартаменты за ту сумму, которая у Илиаха имелась. Но это не возымело успеха, и пришлось Илиаху ретироваться. Отправив Винси обратно, в её прежнее место жительство, Илиах нанял агентство для сдачи в аренду того жилья, которое он приобрёл ранее, а сам он отправился жить в условиях своего звездолёта, так что отдавать долги теперь придётся весьма долго. Хотелось начать убивать всех вокруг, но здесь этого делать было нельзя, да и не принесло бы это всё необходимого дохода.

[Sven]

Быт проживания на личном космическом корабле, со сдачей квартиры в аренду продолжился не слишком долго, ибо помощь пришла правда откуда Илиах не думал. Его любовница в этом городе, Винси написала сообщение. Она рассказала, что проводит обучение на дому у клиентов, обучая их дыхательным практикам, какие он ей показал но многие хотят чего-то ещё, и она предложила им более дорогостоящие услуги мастера. Это были большие деньги, потому что клиенты были из обеспеченного класса "белых воротничков". Одни хотели новых ощущений, другие видели в этом духовное погружение. Конечно с точки зрения самой Винси искушённой в оккультных познаниях о воздействии Темной стороны Силы, а уж тем более с точки зрения ситха Илиаха, эти "погружения" были более чем поверхностны. Но это не имело значения, если приносило деньги. И с таким меркантильным взглядом, в своём положении Илиах мог согласиться. Он решил попробовать и отправился по адресу, в верхнем городе где его уже ждала Винси.
Апартаменты тут у людей были как те, которыми владел Илиах, но которые вынужден был сдавать в аренду, чтобы потихоньку отчислять в уплату своего долга перед Орденом. И тут-то он и продемонстрировал первые и базовые стойки альчаки, не раскрывая чему именно он обучает клиента. Это был комплекс двигательных и дыхательных практик, которые гармонизировали человека, приводили его в особое состояние, за которое местные обеспеченные горожане, позволяли себе отваливать крупные суммы. Это оказалось куда выгоднее, чем приоткрывать природу Тёмной стороны Силы экзальтированным оккультистам, и после первого сеанса, он получил хороший гонорар, а сарафанным радио между местными менеджерами высокого уровня, пошёл слух и контакты уникального мастера, чьи методики работают прекрасно. Так Илиах открыл новую коротенькую страничку своей жизни, и благодаря Винси он смог здорово зарабатывать. В награду, он допустил девушку к себе на корабль где они предались сексу с медитацией. Винси продемонстрировала себя как преданный миньон, и Илиах решил допустить её ближе к себе, а не воспринимать её просто как куклу для воплощения страстей. Она оказалась умна и более приспособлена к взаимодействию с мирным городом, коий из себя и представлял эйкуменополис Тарис, и Илиаху нужны были эти способности. Для самой девушки, это была связь позволившая ей вырваться из обыденности, порвать с трудным прошлым и ненавистными родителями. Илиах же для неё был загадочной и желанной фигурой, носителем тайного знания и способностей приводящих её в восторг, в разных сферах её жизни: интеллектуальной, духовной, сексуальной. Именно поэтому, она тщательнейшим образом стала помогать мастеру, подыскивая ему подходящих клиентов.

[Sven]

Приказание от Сит'ари свалилось на Илиаха словно обухом по голове, и он пересматривал голографическую запись снова и снова, слушая приказ. Не то чтобы он не понял с первого раза, просто очень н наслаждался моментом, его заметили в Ордене Ситхов, и ему поручили нечто весьма важное. Незамедлительно он связался со своей Винси.
— Вин, на мой корабль и возьми с собой вещи, мы отправляемся в путешествие. — Проговорил он в коммуникатор, и направился в космопорт где стоял его корабль. За последние дни он вынашивал ещё одну мысль о капиталовложениях, и приказ Сит'ари стал необходимым для этого толчком. Из терминала, он нанял специалиста который помог продать его пентхаус, и вложиться в многоквартирное строящееся строение, которое через пол года будет приносить ему стабильный доход, со средних уровней на этой планете. Теперь ему не нужно было тут жить, поэтому Илиах заключил договор с агентом по недвижимости, который будет курировать его дела, его вложение и всю работу. Найти этого агента труда не составило, благодаря знакомствам, которыми Илиах обзавёлся преподавая обеспеченным гражданам Тариса дыхательные практики. Это был надёжный человек, с блестящей деловой репутацией.
Под вечер, прилетела на такси и Винси, она не привыкла задавать лишних вопросов, тем более у них будет время поговорить в полёте. Расплатившись с управлением космопорта за стоянку своего звездолёта, Илиах поднял его и полетел в направлении атмосферы набирая высоту, и потихоньку выходя на орбиту. В полёте он размышлял о глубинной значимости титула Дарт, которым теперь наделила его повелительница. Это многое значило для него, как и это новое назначение. Корабль плавно вышел из пространства ближней орбиты, так что Илиах разогнался до предела задавая координаты в бортовой компьютер для гипердвигателя, и наконец выйдя за границы гравитационной тени планеты Тарис, активировал движок уходя в гиперпространство.

====> Дагоба

[Sven]

Мириал ===>

7-я лейб-флотилия Королевского Галактического Флота

Командующий: адмирал Готерик Винтер Штелленберг граф фон Вунакиан
Борт "Супримаси"
25 линкоров класса Лауффе-45
10 фрегатов класса Зееман-2
8 развед-яхта Ульф-1
3 транспортных судна HSW-1
5 заградитель-дредноутов М-50
+ Лейбгвардия

эскадра Сит Ордос

борт "Восходящий" легаси-класс
борт снабжения "Крылья Ангела"

33-я отд.эскадра ВСИЧ

командующий: вице-адмирал Витторио Бернини
1 линкор Ретребьюшн-класса
1 транспортный док катецеус-класса
2 лёгких крейсера сопровождения даунтлес-м2-класса
Корпус Сардаукаров

Группами, космические корабли 7-й лейб-флотилии прибывали систему, а с ними и вспомогательные эскадры: 33-я отдельная эскадра Империума Человечества "Претория Цезарис" и эскадра из двух кораблей оккультного Ордоса Ситхов. Здесь у государя, прибывшего на борту "Супримаси", не было запланировано таких же пышных визитаций, как это было на планете Мириал, но кое какие встречи планировались с планетарным правительством, и с верным Дитерихом Кройцом, у которого здесь был дом, и контора управлять которой Лейнг его назначил. Прибытие столь огромной и мощной флотилии, требовало некоторых перестановок на орбитальных позициях, чем теперь усиленно и занималась военная диспетчерская, местного гарнизона Королевской Лиги. Мегадредноут "Супримаси" навис на орбите к которой приблизился на досветовых двигателях, а с ним вместе местных впечатляли силуэты дредноут-заградителей М-50 и громадина "Протеуса", также нависшего на орбитальной позиции. Огромное количество жителей, успокаивались лишь трансляциями местных СМИ, которые в радостных тонах освещали прибытие повелителя.
Тем временем, между бортом мобильной столицей и правительственными зданиями Тариса, начались переговоры, на которых было запланировано предварительно обговорить встречи, и вопросы, которые будут обсуждаться с кайзером Лиги. Для самого Лейнга, который внимательно мониторил все эти переговоры, которые проводила непосредственно Килли Рунхельм-Шильберни, и Вайс Хельмхард, последний по вопросам безопасности на мероприятиях. Наконец Дитериху и супруге его пришло личное приглашение на "Супримаси". По крайней мере пока флотилия была тут. Всё-таки Тарис был промежуточной остановкой путешествия кайзера.

[Sven]

Встреча проходила в малом тронном зале супердредноута "Супримаси", мобильной столицы Лейнга Артиера, которая своими размерами поражала воображение тех, кто видел этот корабль окружённый флотом, впервые в своей жизни. В сопровождении элитных эскадрилий лейб-гвардии кайзера, приглашённых им гостей из правительства планеты Тарис, доставили на борт, и конечно же встретив с почётным караулом, сопроводили в зал. Здесь, их провели по залу и Бен Фрейзер, камергер Его Величества, представил гостей стоявшему у своего трона Лейнгу Артиеру. Трон в Малом зале был на относительно невысоком пьедестале. Сам же Лейнг был в величественном белом одеянии, белом камзоле расшитом синими нитями, в геральдических цветах, с стилизованными под военные поясом и портупеей. Кайзер окинул взором, вошедших гостей которые тут же преклонили свои головы, когда камергер перечислял гостей:
— Лорд-Принцепс Тариса, Арктон Вальтур, Лукрес Вальтур, его дочь, а также Сенешаль Годфри, главный администратор и хранитель казны. Префект Урбис (Градоначальник) Элиас Торн. Управляющий экуменополисом, Начальник Планетарной Службы Констеблей Маррик Сол, Директор Промышленного Консорциума «Тарис-Индастриз», Герион Кал, Главный инженер Скафф, Магистр Гильдии Свуп-Гонок, Занн Декстер и Звезда гонок «Молния» Кайден.
Затем он повернулся к гостям и поклонившись им сказал.
— Его Величество Heilige König (Священный Царь) Фирсеренов, Кайзер Галактической Королевской Лиги, Правитель Чиссов, Мандалорцев, Арканианцев, Мириалан и прочих, маркиз Эсстран и Ситхских Миров, граф Эрайстес, Верховный Магистр Ордена Королевского Дома Лейнг Артиер Элисен!
Это была конечно же формальность, здесь все прекрасно знали кто перед ними, но после этих слов Лейнг воссел на свой трон, а его камергер указал гостям подойти ближе. Те так и поступили, и Лейнг заговорил.
— Господа, и прекрасная дама, я приветствую вас и рад знакомству. До меня уже довели, ваши запросы и я несколько осведомлён о делах на Тарисе, поэтому перейдём к делу. Милорд Арктон, увы о понижении налоговый ставок моей королевской десятины, не может быть и речи, вы итак предоставляете лишь пять процентов доходов планеты, при том что Лига предоставила вам выгодные торговые маршруты, сформировала межзвёздную торговлю в безопасности, которая ныне обогащает вас. Однако, на сколько мне известно вы желаете подтверждённого мной мандата вашего дома, на власть в Тарисе. — В этот момент стоящие вокруг гостей по сторонам представители двора кайзера, замерли с интересом, ни кто не знал что задумал государь, но все знали что раз он заранее всё узнал, то решения уже были приняты, как это часто бывало с другими мирами. Тут стоял рыжеволосый председатель главного финансового учреждения Лиги КорСекБанка, Кулине Хаар Грэмори, фрау Килли Рунхельм-Шильберни графиня фон Хандуин глава внешеполитического ведомства Лиги, глава личной безопасности кайзера оберст-лейтенант Адельмар Фейхтель, со своей супругой Джен, Готерик Парценвейсс ауф Лоссе фельдмаршал Ландвера, адмирал командующий 7-й флотилии Готерик Винтер Штелленберг, старик с киберимплантами, трио королевских интендантов, дипломат Эрих Зальц, главноначальствующий королевского конвойного флота (защитников караванов) Дормхаль Тирстейн Везерлинк граф Ллинум со своей супругой графиней Барбарой Везерлинк. Тут же были двое шиноби, скаанские телохранители с суперспособнростями, которые притаились за троном государя шиноби-провидец Рейс Кири Нагато, и шиноби Нейджи Хьюга. Все они замерли в ожидании, и наконец государь поднял руку в жесте разъяснения проговорил.
— Я готов предоставить вам королевский мандат. Вы получите место для представительства здесь, на "Супримаси", вы должны лишь соблюсти одно условие. Ваше представительство здесь, возглавит ваша наследница — взгляд серо-зелёных глаз кайзера сфокусировался куда-то за плечами лорда-принцепса Тариса, и после он непринуждённым тоном осведомился.
— Вы согласны?
Лорд-Принцепс Арктон Вальтур застыл с застывшей на лице вежливой улыбкой, которая медленно начала таять, сменяясь внутренним смятением. Его мозг лихорадочно работал: «Это ловушка. Отдать Лукрес... сделать её заложницей? Нет... это больше. Это честь. Прямой доступ к трону. Но это лишение меня моего самого ценного актива... и моей наследницы. Отказ невозможен. Это приказ, облачённый в форму вопроса». Он сделал почтительный, но скованный поклон.
— Ваше Величество, высочайшая честь, которую вы оказываете моему дому, не имеет равных. Я... мы, разумеется, согласны.
Лукрес Вальтур почувствовала, как у неё перехватило дыхание. Её стальные глаза на мгновение встретились с пронзительным взглядом кайзера, и в них вспыхнула не ярость и не страх, а торжествующее пламя. Всё сложилось так, как она и надеялась, только в сто раз быстрее и эффективнее. «Он заметил меня. С первого взгляда. Он не смотрит на отца, он смотрит на меня. Это не заложничество, это вербовка. Это мой шанс перейти из провинциальной знати в настоящую власть. Прощай, отец. Твой престол на Тарисе был лишь первой ступенью». Она вышла вперёд на полшага, совершив безупречный, почтительный реверанс, подобающий придворной даме, а не провинциальной наследнице.
— Ваше Величество, — её голос был чист и твёрд, без тени дрожи, — служить вам при дворе — величайшая милость, о которой я могла бы лишь мечтать. Я с благодарностью принимаю эту честь.
Остальные члены делегации переживали шквал противоречивых эмоций: Префект Торн едва сдержал злорадную ухмылку. «Старый Арктон только что потерял свою козырную карту. Его дочь теперь при дворе, а значит, он сам на крючке у кайзера. Мои позиции только укрепились». Маррик Сол сглотнул, с тревогой думая: «Значит, власть Вальтуров не просто подтверждена, она усилена... но теперь через дочь. Это усложняет любые манёвры против них». Герион Кал пересчитывал в уме выгоды: «Прямой канал влияния на трон! Нужно будет вложиться в "благотворительный фонд" леди Лукрес». Занн Декстер уже строил планы, как использовать свою звезду гонок, чтобы развлечь новую фаворитку двора. Наблюдая изменения в лицах своих гостей, Лейнг Артиер выслушал смелые слова аристократки, и кивнув ответил ей.
— Вам будут предоставлены достойные вашего статуса апартаменты. Вы будете введены в Аристократическую Лигу — ему не нужно было уточнять, здесь на Тарисе тоже знали, что это собрание аристократов и сенешалей, представителей правителей из разных частей Королевской Лиги имевших разные степени автономии. — Очень надеюсь, мы обсудим подробно все проблемы Тариса. Особенно меня беспокоит то, что происходит у вас на Нижних Уровнях. Вы создали из них нечто, что мне не по душе. Недавние события в столице Галактической Республики, Корусанте, с всплесками Терроризма, которые заставили Сенат сформировать корусантскую гвардию для сопротивления, показали как опасно запускать ситуацию с преступностью в эйкуменополисе. Да масштаб Тариса, несопоставим с Корусантом, но в Королевской Лиге не так много эйкуменополисов, чтобы ими разбрасываться. Префект, старший констебль мои люди окажут вам помощь, банды нижних уровней должны быть деорганизованы и рассеяны, мы будем с одной стороны формировать в нижних уровнях новые производственные, индустриальные центры, в которых будем набирать рабочих из числа жителей нижних уровней, с другой любой вооружённый гражданин Тариса, будет уничтожен, без суда и расследований. Мы заставим сконцентрировать монополию на насилие в руках власти. Конечно, ни где и никогда преступность не уничтожается полностью, но мы с вами в силах вернуть власть трона лорда-принцепса и Королевской Лиги на нижних уровнях. Мы направим к вам, легион "Восходящие Солнца", они безупречно справятся с задачей, а ваши констебли и бригады Полицайкорпса, закрепят успехи в тылу и потом в районах Нижних уровней. Таков мой указ и веление, найдутся ли у вас возражения?
В зале снова воцарилась тишина, на этот раз более гнетущая. Предложенная кайзером «помощь» была палкой о двух концах, и все это прекрасно понимали. Префект Элиас Торн побледнел. Услышав название легиона, он едва сдержал стон. «Восходящие Солнца»... Не легион, а мясорубка. Они сравняют с землей целые кварталы. Моя инфраструктура, мои... связи... всё будет уничтожено. Но... но это и есть решение. Силовое, кровавое, но окончательное. Сопротивляться — значит встать на сторону преступников в глазах кайзера». Он глубоко поклонился, скрывая дрожь в руках.
— Ваше Величество, ваша мудрость безгранична. Силы префектуры и констебляриата будут всецело подчинены легиону для выполнения вашей воли.
Начальник Констеблей Маррик Сол ощутил прилив странного облегчения. «Он не винит во всём меня. Он винит систему. И он посылает таких людей, перед которыми мои офицеры — дети. Наконец-то нам дадут не просто разрешение, а приказ на применение абсолютной силы». Он вытянулся по-строевому, отдавая честь.
— Планетарная Служба Констеблей готова выполнить свой долг и обеспечить правопорядок после зачистки.
Лорд-Принцепс Арктон Вальтур испытывал смешанные чувства. С одной стороны, его авторитет будет восстановлен железной рукой. С другой, он понимал, что отныне его власть на Тарисе зиждется не на его собственной силе, а исключительно на штыках кайзера. «Он одним ударом решает мою главную проблему и одновременно ставит на мне своё клеймо. Я теперь навсегда «его» правитель».
— Ваша воля — закон, Ваше Величество. Дом Вальтур поддерживает ваше решение. — Лукрес Вальтур наблюдала за этим, скрывая улыбку. «Вот оно. Настоящая власть. Не просьбы и не компромиссы, а воля, выраженная в приказе. Он не просит их мнения, он сообщает им решение. И мой отец теперь навсегда привязан к трону этой «помощью». Она смотрела на Лейнга с нескрываемым восхищением. Возражений, разумеется, не последовало. Стоящие за троном придворные обменялись красноречивыми взглядами. Старый фельдмаршал Парценвейсс одобрительно хмыкнул. Килли Рунхельм-Шильберни мысленно отмечала, как ловко кайзер превратил внутреннюю проблему планеты в демонстрацию силы и милосердия КронЛиги. Лейнг видел их страх и покорность. Его последняя фраза была не вопросом, а риторическим утверждением, проверкой на лояльность. И они её прошли.
Выслушав слова ответственных за это дело лиц планеты, Лейнг Артиер вновь остановился взглядом на взгляде леди Лукрес, её взор тешил его самолюбие, и он всё больше проникался желанием побыть с ней наедине, он улыбнулся девушке, а уже в следующее мгновение переключился к другому гостю.
— Магистр Декстер, на вашей планете живёт принцесса Ками, супруга моего фронтового друга, и близкого придворного Дитериха Кройца, героя Лиги, принцесса Забелия Резерфорд-Кройц. Она владеет компанией "Найтингейл" они придворные поставщики нарядов, для моего двора. Можно сказать одевают всех нас — Он ухмыльнулся иронии этих слов и продолжил — Полагаю, вы в силах организовать развитие бизнеса "Найтингейла" на Тарисе, организовать показы, и прочее. Думаю вы в этом разбираетесь получше меня, всё-таки я в прошлом лишь генерал. Что же до ваших пожеланий, они мне более чем интересны. Я желаю долю, сорок процентов с выручки. Вы получите инвестиции в строительство трака для гонок на свуп-подах галактического уровня, и право Турнира Королевской Лиги за кубок кайзера. Согласны?
Взгляд Лейнга, скользнувший по Лукрес, был мгновенным, но для присутствующих придворных, отточивших восприятие до совершенства, он был красноречивее любого слова. В воздухе повисла лёгкая, ни к чему не обязывающая улыбка кайзера, прежде чем он обратился к Декстеру. Магистр Гильдии замер, чувствуя, как его привычная маска обаятельного шоумена даёт трещину. Мозг работал на пределе: «Сорок процентов! Это грабёж... Нет, это плата за вход в высшую лигу. "Кубок Кайзера"... С этим названием наш турнир станет главным событием в галактике. А "Найтингейл"... Одевать двор? Это же прямая связь с самой Цезариной Фемидией! Отказаться — значит навсегда остаться провинциальным балаганом». Он сделал театрально-глубокий поклон, его голос зазвучал с подобострастным энтузиазмом:
— Ваше Величество! Ваше предложение — это не просто бизнес, это величайшая честь для всей индустрии развлечений Тариса! Конечно, я согласен! Гильдия вложит все силы, чтобы "Кубок Кайзера" стал синонимом скорости, роскоши и преданности Королевской Лиге! А что до "Найтингейл"... — он многозначительно взглянул на свою звезду гонок, — будьте уверены, мы превратим показы принцессы Забелии в событие, которое будет греметь по всей галактике. "Молния" Кайден станет лицом бренда!
Звезда гонок, Кайден, который до этого момента старался выглядеть просто украшением, теперь сиял самой искренней улыбкой. Для него это был прыжок в абсолютно иной социальный эшелон. Кулине Хаар Грэмори, председатель КорСекБанка, мысленно прикидывал будущие финансовые потоки и то, какую долю с этих сорока процентов можно будет направить в оборонный бюджет. Фрау Килли Рунхельм-Шильберни видела в этом дипломатический ход: роскошные гонки и мода — это инструмент мягкой силы, который будет работать на престиж Лиги не хуже эскадры линкоров. Старый фельдмаршал Парценвейсс скептически хмыкнул, но был вынужден признать про себя: «Генерал он или нет, а ставит цели и захватывает плацдармы с мастерством прирождённого стратега. Обезоружил, купил и привязал к себе самого легкомысленного из них».
Лейнг Артиер остался доволен, но вдруг принял как бы удивлённый вид и вновь посмотрел на лорда-принцепса.
— Кстати лорд-принцепс минхерц, — использование языка фирсе, при дворе было известным делом, хотя конечно люди не знавшие о Земле (а это были собственно все люди Тариса) знать не знали, что язык фирсе был частью семьи германских языков — я без вашего спросу разместил на планете моё бюро, оно работает хорошо, но хочу услышать ваше мнение, с этим нет проблем?
Внутри лорда принцепса всё сжалось от унижения и бессильной ярости. Он понимает, что это ловушка. Любой намёк на несогласие перечеркнёт все предыдущие договорённости и выставит его мятежником. Мысли его клокотали: «Он... он вытирает об меня ноги. При всех. Спросить после того, как всё сделано... И этот его фирсеренский язык, словно он говорит с прислугой... Но что я могу сделать? Всё проиграно. Моя дочь у него, его легионы идут на мою планету, его бюро уже здесь. Сопротивляться — самоубийство». Он заставляет свои губы растянуться в почтительную, хоть и натянутую улыбку. Его поклон чуть глубже, чем того требует этикет.
— Ваше Величество, — его голос, несмотря на все усилия, звучит чуть хрипло, — власть Вашего трона едина и неделима. Решения, принятые Вами для процветания Лиги и, следовательно, Тариса, не могут быть оспорены. Бюро, несомненно, выполняет свою работу на благо всех нас. Ни о каких проблемах, разумеется, не может быть и речи. Мы всецело полагаемся на Вашу мудрость.
Он признал своё поражение. Полное и безоговорочное. Он не просто согласился — он публично заявил, что указ кайзера, изданный без его ведома, является благом. Придворные Лейнга сохраняют каменные лица, но про себя восхищены филигранной жестокостью своего повелителя. Фрау Рунхельм-Шильберни, возможно, мысленно отмечает, как эффективно был сломлен последний оплот местного сопротивления.
Лейнг же повернулся в сторону дочери планетарного правителя и спросил.
— И коль скоро вы сударыня стали играть в политике вашего мира, столь важную роль я хотел бы услышать и ваше развёрнутое мнение, на этот счёт. — Он обаятельно улыбнулся. Лукрес Вальтур понимая, что это её экзамен. Мгновение внутренней паники сменилось холодной собранностью. Это её шанс не просто согласиться, а превзойти ожидания, показав себя идеальной союзницей. Она сделала лёгкий, почтительный шаг вперёд, её стальные глаза встретили взгляд кайзера с умной почтительностью.
— Ваше Величество, — её голос звонок и ясен, каждое слово выверено, — позвольте выразить восхищение прозорливостью, с которой вы действуете.
Она мягко отстраняет отца от ответственности, переводя фокус на благоразумие кайзера:
— Мой отец, как мудрый правитель, конечно же, понимает то, что очевидно для меня: решение о создании Бюро не требовало нашего предварительного согласия, ибо оно было продиктовано не вопросом доверия, а высшей государственной необходимостью.
Затем она переходит к сути, демонстрируя аналитический склад ума и полное принятие новой реальности:
— Тарис — драгоценный камень в короне Лиги. И как любой ценный актив, он требует не только восхищения, но и защиты. Бюро — это не вмешательство, а страховка. Страховка от хаоса, от инертности местной бюрократии, от неспособности старых структур справиться с новыми угрозами. То, что вы направили сюда генерала Кройца — не кара, а проявление заботы. Вы не отнимаете власть у моего отца. Вы укрепляете его трон, предоставляя ему современные и эффективные инструменты для управления.
И наконец, она наносит главный удар — не против отца, а ради него, окончательно хороним старые порядки:
— Поэтому моё мнение, Ваше Величество, таково: проблемы не существует. Существует лишь ваша воля — единственный по-настоящему прочный фундамент для власти любого лорда-принцепса в Лиге. И мы благодарны, что вы проявили эту волю в отношении Тариса. Это почётно. Арктон Вальтур испытал леденящую душу смесь гордости за дочь и ужаса от её слов. Она публично заявила, что его власть недееспособна без железной длани кайзера. Он окончательно превращён в марионетку руками собственной крови. Придворные обмениваются красноречивыми взглядами. Появление такой фигуры, как Лукрес, — это новость. Она только что доказала, что может быть не просто украшением, а игроком. В ответ на это Лейнг почтительно кивнул и проговорил.
— Великолепная речь, сударыня. Однако спешу выразить кое какое несогласие, власть вашего отца отныне неколебима. Уверен это касается и в целом вашего Дома Вальтур, учитывая сколь умна и... красноречива его наследница. — Он перевёл взгляд на промышленника — герр Кал, я также хочу выразить вам кое что, обычно когда Лига овладевает какой-либо системой, ЭлПриКо-Майнинг, дочерняя фирма моей Элисен Прайват Компани тут же занимается там космическим промыслом полезных ископаемых, но я не желаю нарушать экономические цепочки в вашей системе, поэтому я удовлетворён тем, как вы развернули промысел, однако я бы просил вас продемонстрировать акт лояльности короне, в виде пятнадцати процентов дохода, вашего актива здесь. Полагаю это в наших общих интересах, а пока мы с вами говорим, я удовлетворю ваши запросы рассмотренные мною ранее, адмирал Штелленберг.
В этот момент старый адмирал, с киберимплантами заменяющими ему дыхательную систему, сделал чёткий шаг вперёд.
— Да мой кайзер! — Сказал он, и Лейнг Артиер продолжил.
— Немедленно, повелеваю использовать эскадры 7-й лейб-флотилии, для зачистки астероидного поля от пиратского присутствия, нам не нужны потери в доходности.
— Слушаюсь майн хайлиге кёниг — адмирал был фирсереном чистейших кровей. Удовлетворившись этим, пока адмирал отправился выполнять приказ, Лейнг Артиер встал со своего места и спустился с пьедестала.
— Надеюсь вы удовлетворены? — Спросил он глядя на промышленника с Тариса, но медленно подходя к лорду принцепсу и его дочери.
Герион Кал почтительно кланяется, понимая, что только что приобрёл могущественного покровителя и потерял 15% прибыли, но приобрёл несравненно больше — безопасность и доступ к верховной власти.
— Безмерно удовлетворён, Ваше Величество. Моя лояльность короне не знает границ. — Лорд-Принцепс Арктон застывает в низком поклоне, чувствуя, как тень кайзера накрывает его. Его ответ — тихий и почтительный:
— Ваша милость и мудрость — единственное, в чём мы нуждались.
Лукрес встречает приближающегося кайзера с опущенным, но не робким взором. Лёгкий румянец на её щеках — не от стыда, а от возбуждения. Она понимает, что находится в эпицентре силы, и это именно то, чего она хотела. Её ответ — шёпот, предназначенный только для него:
— Полностью, Ваше Величество.
Лейнг Артиер оглядел всех, и вдруг остановился на гонщике.
— Я желаю всё же посетить вашу планету, могу я просить вас организовать гонки, хотелось бы посмотреть на это в живую. — А в ожидании ответа, он снял перчатки своего костюма и сложив их за ремень, взял за руку отныне сенешаля при дворе кайзера планеты Тарис, леди Лукрес Вальтур, как бы невзначай.
— Дальнейший путь флотилии, ведёт меня на Корусант, буду выступать перед Галактическим Сенатом, но прежде хотел бы посмотреть на знаменитейшие гонки на этих свуп-подах, — ведя Лукрес за собой он подошёл к главе гильдии и гонщику, бросив взгляд на лорда-принцепса чтобы понять как тот отреагирует.
Реакция гонщика, Кайдена, будет мгновенной и восторженной. Для него это апофеоз карьеры.
Он делает низкий, почтительный поклон, его звездная улыбка сияет искренним энтузиазмом.
— Величество! Для нас это будет величайшая честь! Мы подготовим такое шоу, которое затмит все, что вы когда-либо видели! Гильдия и все фанаты Тариса не подведут!
Реакция Зана Декстера, магистра гильдии, — стала смесью триумфа и подобострастия. Он понял, что его ставка сработала стократ. Он кланяется так низко, что почти складывается пополам.
— Ваше Величество, вы оказываете нам милость, которую невозможно измерить! Я лично возглавлю подготовку! Каждый момент будет выверен до секунды! — Но главное действо разворачивается между Лейнгом, Лукрес и её отцом. Лукрес Вальтур чувствует, как её рука оказывается в руке кайзера. Его прикосновение — не грубое, но властное, не оставляющее сомнений в его намерениях. Это публичное заявление, более красноречивое, чем любой указ. Внутри у неё всё поёт от торжества. Она не сопротивляется и не рвётся вперёд. Её пальцы мягко отвечают на его прикосновение, демонстрируя согласие, но не навязчивость. Она опускает взгляд, делая вид, что слегка смущена, но уголки её губ трогает едва заметная, довольная улыбка. Она позволяет себя вести, принимая свою новую роль при дворе с грацией и достоинством.
Лорд-Принцепс Арктон Вальтур застывает, наблюдая, как кайзер ведёт его дочь, словно трофей. Это одновременно и высочайшая честь, и окончательное унижение. Он видит, как его династическое будущее уходит от него в прямом смысле слова, уводимая за руку. Его лицо становится непроницаемой маской. Он совершает безупречный, формальный поклон в спину уходящему кайзеру, скрывая бурю внутри — смесь отцовской тревоги, политического расчёта и горького осознания, что он полностью проиграл. Любой протест теперь будет не просто бесполезен, но и самоубийственен. Он проиграл кайзеру, и теперь проигрывает собственной дочери. Кивнув в ответ на слова магистра и гонщика, Лейнг Артиер посмотрел на Фрейзера.
— Подготовьте апартаменты, для леди Вальтур. — Тот в ответ сделал поклон, и направился исполнять приказ, а государь взглянул на Лукрес, и тихо проговорил.
— Сударыня, это было чрезвычайно приятное знакомство. Поистине, опытные и умные политики, ещё и не обделённые от природы красотой, это украшение моего двора. — После чего он поцеловал её руку, и отпустил девицу давая едва зримый приказ своему Фейхтелю, а тот бойцам свиты включая шиноби и лейб-гвардейцев, кайзер зашагал в свои покои армейским шагом, а за ним кавалькада его спутников. В этот миг Кулине Хаар Грэмори, подошёл к лорду-принцепсу и Калу.
— Господа, позвольте представиться, председатель КорСекБанка Кулине Хаар Грэмори, — родная сестра этого рыжего человека генса, была Леди благородная наложница Риас Грэмори, а его племянница Райана Артиер Элисен Лейнгинг двухлетней пятой принцессой, из многочисленного выводка детей кайзера, это было достаточно известно при дворе. Вечер заканчивался для всех немного по разному. Леди Лукрес получила великолепные апартаменты, и вошла в число придворных на борту "Супримаси", после же разговора с Грэмори, местные властители и бизнесмены, исполнили все формальности, закрепляя договорённости достигнутые на встрече, а после отбыли на планету готовить визит государя на гонки. Впереди был, более приватный визит старого друга Дитериха Кройца к его кайзеру.

[Sven]

Дверь в её новые апартаменты закрылась с едва слышным щелчком, отсекая последние следы прежней жизни. Воздух, пахнущий озоном, металлом и дорогими ароматизаторами, был непривычен. Непривычна и гробовая тишина, нарушаемая лишь гудением систем корабля — ровным, пульсирующим биением гигантского механизма. «Одетая в мою победу», — пронеслось в голове, пока пятнадцать пар глаз горничных и лакеев, выстроившихся в идеальную линию, ждали её первого приказа. Дворецкий с невозмутимым, как у робота, лицом склонился в почтительном поклоне. Она медленно прошла к огромному иллюминатору. И застыла. Он был там. Не искривлённая ткань гиперпространства, а знакомый, покрытый шрамами войн и урбанизации шарик — Тарис. Её мир. Её бывшее королевство. Отсюда, с высоты, он казался таким маленьким. Беззащитным. Её отец был там, внизу. Прямо сейчас он, должно быть, отдаёт приказы, плетёт интриги, пытается осмыслить, что только что произошло. А она смотрела на это сверху, с палубы корабля, который был сильнее всей его планетарной обороны.
Мысль ударила с неожиданной силой. Не горечь, не тоска. Острое, почти пьянящее чувство превосходства. Его власть оказалась иллюзией, пылью на сапогах легионеров кайзера. А её — реальной, отлитой в титане «Супримаси». «Он взял меня за руку. При всех. Словно вещь. Словно трофей... И я позволила. Нет, я желала этого». Пальцы невольно коснулись тыльной стороны ладони, где ещё пылал след его губ. Это была печать. Метка собственности, поставленная на фоне её родного мира. Он пометил её, глядя на её старые владения. «Гонки... в мою честь? Нет. В честь него. Но я — часть этого зрелища. Приз, который он уже забрал». Она мысленно представила суету внизу. Префект Торн, пытающийся навести порядок перед приездом бога. Магистр Декстер, лихорадочно готовящий шоу. Её отец, вынужденный улыбаться и играть роль гостеприимного хозяина для того, кто только что публично отобрал у него дочь. Всё это — ради одного человека, который сейчас находился в нескольких километрах над ними, в своих покоях. «Он наблюдает. За мной? За планетой? За всем сразу?»
Она обернулась к слугам. Их безупречные маски были красноречивее любых слов. Каждый из них — глаз и ухо кайзера. Каждый её шаг, каждое слово, каждая эмоция будут доложены. «Корусант подождёт, — пронеслось в голове. — Сначала он хочет посмотреть шоу. Моё шоу». Лукрес медленно выдохнула, и в её стальных глазах, отражавших родной, но внезапно ставший чужим Тарис, вспыхнул холодный огонь. «Хорошо, — подумала она. — Начнём с гонок».

Слегка кашлянув дабы привлечь к себе щепотку внимания, учтивый дворецкий с лёгким поклоном проговорил.
— Ваша Светлость изволит чего-нибудь желать? — Он должен был это спросить, чтобы исполнив её поручения направить остальных слуг по делам, дабы их работа выпускников элитной школы Себастиана Микаэлиса, вошла в привычное русло.

«Ваша Светлость». Титул прозвучал как музыка. Не «леди Вальтур», не «наследница». Ваша Светлость. Так обращались к особам знатной аристократической крови. Он возводил её в новый ранг с самой первой фразы. Это был не просто комплимент — это был сигнал о её новом статусе, произнесённый официальным голосом корабля. Лукрес медленно повернулась от иллюминатора. Её взгляд, ещё секунду назад полный личных, бурных размышлений, стал собранным и ясным. Она понимала: её первый приказ задаст тон всему её будущему пребыванию здесь. Нужно было показать не каприз, но волю. Не растерянность, но контроль.
— Благодарю вас, — её голос прозвучал ровно и спокойно, без тени неуверенности. — Да, у меня есть несколько поручений. Она сделала небольшую паузу, давая дворецкому подготовиться.
— Во-первых, мне потребуется полная схема жилого и общественного секторов «Супримаси», доступных для посещения. Рестораны, парки, бутики. Я должна ориентироваться в своём новом доме. Мысль: «Изучить территорию. Понять, где находятся уши и глаза, а где можно найти уединение».
— Во-вторых, я желаю видеть текущие галактические новости и сводки с Тариса. На моём личном терминале. Мысль: «Отец, вероятно, уже начал что-то предпринимать. Нужно знать, что происходит внизу, пока я нахожусь наверху».
— И, наконец, — она слегка коснулась платья, в котором предстала перед кайзером, — мой гардероб. Он требует адаптации к здешним стандартам. Я ожидаю визажиста и портного в течение часа для консультации. Мысль: «Он назвал меня украшением. Что ж, я стану им. Безупречным, стильным и соответствующим высшему свету. Это моя первая линия обороны и наступления». Она закончила и смотрела на дворецкого, ожидая подтверждения. Её поза была непринуждённой, но в каждом мускуле читалась готовность к тому, что её приказы будут исполнены немедленно и безупречно. Она не просила — она распоряжалась. И в этом был её первый шаг к тому, чтобы стать не просто гостьей, а хозяйкой в этих стенах.

Дворецкий склонился и произнёс.
— Будет исполнено, миледи. — После он начал быстро раздавать, распоряжения, и вскоре все слуги суетливо разбрелись, выполнять всё это и немного больше, нужно было подготовить гардеробную, кухню и тому подобное. Но одной девушка оставалась не долго, вскоре вошёл дворецкий и с поклоном проговорил.
— Прошу прощения, Ваша Светлость, к вам посетитель. Его Сиятельство граф Наззари, обер-комендант Королевской Службы Контрразведки Вайс Хельмхард. — Она могла, да и скорее всего слышала об этой службе, ведь и на планете Тарис были конторы этой службы. Сыскари из 1-го управления, розыскивающие террористов и предателей, но также следящие за местными элитами, таможенники 2-го управления, контролирующие пошлинные отчисления короне. Все они имели ужасающие полномочия, вплоть до казни на месте. И было не мало историй, о пропавших безвести людях, что вздумали публично изобличать "тиранию" Лиги. Но всё это меркло, по сравнению с тем какие слухи ходили вокруг имени их начальника. Граф Наззари, после завоевания кайзером этой планеты, он подсуетится взять её себе и после до половины местных экзотов, продал зайггерианским работорговцам. Да в Лиге кайзер лично добился отмены рабства людей и человекоподобных рас, и называл это первым шагом, но на несчастных наззариан это не распространялось, ибо они не попадали в число "счастливой категории". Также ходили слухи о садизме Хельмхарда и беспредельной жестокости. И тем не менее, дворецкий ожидал приказаний.

Имя прозвучало как удар хлыста по натянутым струнам тишины. Вайс Хельмхард. Граф Наззари. Не просто высокопоставленный чиновник, а живое воплощение страха, тень с блестящими глазками и ледяным сердцем. Слухи о нём были настолько чудовищны, что их почти не воспринимали всерьёз — до тех пор, пока он не появлялся на пороге.
Лукрес почувствовала, как по спине пробежал холодок, но её лицо осталось абсолютно бесстрастным. Это была не случайность. Это был тест. Первый и самый опасный.
«Отец... неужели ты уже успел? Нет, он не настолько глуп. Это не с Тариса. Это... от него. От Лейнга. Он прислал своего палача посмотреть, не дрогну ли я». Мысли метались с бешеной скоростью. «Что он хочет? Запугать? Предупредить? Или... предложить сделку? Контрразведка... они везде. Они уже знают о каждом моём шаге, о каждом слове, сказанном отцу в частном порядке». Она вспомнила истории о наззарианцах. Полуразумные экзоты, которых он превратил в товар. Если он способен на такое с целым миром, что стоит ему уничтожить одну амбициозную аристократку? Но вместе со страхом пришло и странное, леденящее душу любопытство. Взглянуть в глаза тому, кого боятся все. Увидеть настоящую, неприкрытую силу, на которой держится трон. Она медленно выпрямилась, её поза стала ещё более собранной и величественной. Страх был роскошью, которую она не могла себе позволить.
— Просите его сиятельство, — проговорила она голосом, в котором не дрогнула ни одна нота. Голосом хозяйки, принимающей незваного, но ожидаемого гостя. Пока дворецкий скрывался за дверью, чтобы впустить тень, Лукрес бегло окинула взглядом свою гостиную. Это была её территория. Её первая линия обороны. И первый поле боя. «Хорошо, граф, — пронеслось в её голове, пока дверь медленно открывалась. — Покажем друг другу, на что мы способны».

Он вошёл быстро, словно бы дворецкий и не успел его пригласить, чёрная кожаная форма, чёрная фуражка, точёные черты лица истинного представителя фирсеренского народа. Мужчина оценивающе смотрел на барышню, своими пронзительными голубыми маленькими глазами, а после улыбнулся. Но от этой улыбки веяло неискренностью. Он снял фуражку и пригладил короткую причёску белокурых волос. Потом подошёл ближе на дистанцию пару шагов.
— Фройляйн Вальтур, нас не представили, увы по служебным делам, я не мог посетить аудиенцию с вашей планеты у Его Величества. Однако, вы каким-то образом...я хочу сказать, наш государь нечто узрел в вас, и теперь ...— он начал медленно её обходить — я кажется вижу что. Вас известно, что у нашего повелителя семь жён, шесть благородных наложниц, шесть почётных наложниц и четырнадцать принцев и принцесс, маленьких принцесс и принцев? — поправился он в конце.

Он вошёл не как гость, а как хозяин, проверяющий новые владения. Каждый его шаг, каждый взгляд был частью продуманного ритуала устрашения. Лукрес стояла неподвижно, как статуя, чувствуя его пронзительный взгляд на себе, будто физически ощущая, как он изучает каждую черту, каждую микроскопическую реакцию.
«Он проверяет меня. Ищет слабость. Трещину в броне», — пронеслось в голове. Его слова о гареме были отточенным кинжалом, предназначенным не для оскорбления, а для холодной оценки. Он не пытался унизить её; он напоминал ей о её месте в уже существующей, сложной иерархии. Он спрашивал: «Готовы ли вы к этой борьбе? Понимаете ли вы, во что ввязываетесь?» Вместо того чтобы опустить взгляд или смутиться, Лукрес позволила себе лёгкую, почти невесомую улыбку. Не в ответ на его ухмылку, а как бы про себя. Она смотрела прямо перед собой, а не провожала его движение. «Он говорит с вами как с девочкой, испуганной конкурсанткой. Не будьте ею. Будьте политиком», — прошептал внутренний голос. Когда он завершил круг и снова оказался перед ней, её голос прозвучал тихо, но с стальной ясностью, без тени страха или раздражения.
— Его Величество узрел инструмент, граф. Умный, преданный и... эффективный. Что касается его семейного положения, — она слегка склонила голову, будто в знак уважения к упомянутым особам, — то я прекрасно понимаю, что честь быть замеченной кайзером накладывает определённые обязательства. В первую очередь — обязательство быть полезной Короне и Лиге. Именно это я и намерена делать. Она сделала небольшую паузу, давая ему понять, что его попытка психологической атаки не достигла цели. А затем, её взгляд стал чуть более пристальным, в нём появился намёк на аналитический интерес.
— А вы, ваше сиятельство, всегда лично проверяете... новые инструменты в мастерской вашего государя? Или у службы Контрразведки есть для меня какое-то конкретное дело? Она не дала ему застать себя врасплох. Она взяла его метафору и превратила её в свой щит. Она — не испуганная девица, а инструмент. И теперь она требовала узнать, зачем палач пришёл в оружейную.

Отвага этой девицы возбудила в нём чувства ещё более живо, он отложил на журнальный столик свою фуражку говоря.
— Это верно, нашему государю нужны верные люди и в последнее время он занялся этим набором политиканов, всё хочет увидеть единство среди подданных. В мои компетенции же как раз входит это единство обеспечить, любыми средствами даже если государь не будет знать какими. Что до семейного положения кайзера вам стоит знать, что если бы он желал пополнить свой гарем, он сделал бы это как с остальными, незамедлительно, по договорённости с родителем. То есть вашим венценосным отцом. — Он приблизился к ней на шаг, — я бы не хотел, чтобы вы питали себя иллюзиями. Вы нужны как политик, я слышал отчёт о вашем выступлении, как политик отвечающий за свой регион. Но это не значит, что вы должны чувствовать себя здесь одиноко. Вы можете — он стал говорить тише и медленнее — заручиться поддержкой при дворе, и уже никого не бояться. — После чего, он похотливо облизал губы и улыбнулся ей.
— Подумайте, — его взгляд спустился к её шее. Он наслаждался обществом Лукрес.

Воздух в комнате сгустился, став тяжёлым и липким. Первоначальная проверка сменилась чем-то гораздо более личным и опасным. Теперь он говорил не как чиновник, а как хищник, учуявший добычу. Его слова о «поддержке» были откровенным предложением сдать свои позиции в обмен на его покровительство — покровительство, цена которого была ясно написана в его похотливом взгляде. Лукрес почувствовала, как по спине пробежала волна омерзения. Он видел в ней не политика, а женщину, которую можно запугать, купить и использовать. Его намёк на отца был особенно гнусен: он напоминал, что её статус зыбок и зависит от мужчин. Но страх сменился холодной, ясной яростью. Он совершил ошибку, приняв её расчётливый ум за наивность, а амбиции — за уязвимость. Она не отступила ни на шаг. Вместо этого её взгляд стал острым, как бритва, а на губах застыла тонкая, почти невидимая улыбка человека, который только что понял слабость оппонента.
— Ваша забота тронула меня до глубины души, ваше сиятельство, — её голос прозвучал ледяной вежливостью, контрастируя с его шёпотом. — И вы совершенно правы в одном: иллюзиями я себя не питаю. Она сделала маленькую паузу, давая словам повиснуть в воздухе.
— Я прекрасно понимаю, почему я здесь. И я намерена оправдать доверие, оказанное лично Его Величеством. — Она сделала особый акцент на этих словах, чётко давая понять, чьё именно расположение её интересует. — Что же до одиночества... — она мягко, но неуклонно отступила на полшага, восстанавливая дистанцию, — то я уверена, что мои обязанности сенешаля Тариса оставят мне мало времени для томных переживаний. Мне предстоит много работы. На благо Короны. Она повернулась и сделала несколько шагов к коммуникатору, её движения были плавными и полными собственного достоинства.
— Боюсь, мне нужно ознакомиться с досье по моей планете. Дворецкий проводит вас. — Она нажала кнопку вызова, не глядя на него, демонстративно заканчивая аудиенцию. Её фигура у иллюминатора, на фоне её родного мира, говорила сама за себя: она не добыча. Она — игрок, и её игра только началась. А он только что показал свои карты.

Дворецкий появился незамедлительно, но тут же замер под острым взглядом обер-коменданта, который быстро пересёк комнату и сжав зубы прорычал на слугу.
— Вон! — Так что тот от испугу попятился, шутка ли шлейф страха, так и следовал за Хельмхардом, а свою новую хозяйку дворецкий увидел впервые и не понимал, что происходит. Одним движением Вайс закрыл перед ним дверь и запер её, а после оглянулся на Лукрес.
— Вы кажется не поняли, с кем вы говорите. — Он расстегнул свой плащ, на поясе показался пистолет, и начал быстро приближаться к ней. Но когда ему оставалось три шага до неё, в дверь постучали и это был явно не робкий стук слуги, промолотили очень здорово, а потом дверь открылась и там показались трио интендантов государя, в синей форме, лакированных сапогах поверх черных брюк, они вошли внутрь и озадаченно уставились на Вайса. Ужас отразился на его лице, он понял как он ошибся, и единственное, что он успел сделать быстро схватит свою фуражку, с журнального столика, сжав её обеими руками, когда в зал вошёл кайзер. Лейнг Артиер улыбался, но когда увидел Хельмхарда на его лице было искреннее недоумение.
— Вайс, что ты тут делаешь? — Без обиняков спросил он. Тот был в полном замешательстве и с трудом подобрал слова.
— Мой повелитель, государь...Ваше Величество, я понимаете новый человек на борту, тем более такого ранга, я сам счёл необходимым познакомиться и проверить...
— Что проверить, не шпионка ли наша гостья — Лейнг задорно рассмеялся, и ему вторили молодые интенданты. И успокоившись, государь сказал.
— Поверь мой Хельмхард тебе тут нечего делать, и наша прелестная госпожа Вальтур, ни в коем разе не несёт за собой угрозы.
Вайс улыбнулся и откланиваясь начал уходить, говоря.
— Я понял, ойре майстет, прошу меня простить за излишнюю бдительность, — потом он тут же повернулся к Лукрес — прошу прощения, за беспокойство.
— Ну ступай — отмахнулся Лейнг и Вайс поспешил исполнить волю кайзера, а за ним вышли и интенданты, дверь закрылась и Лейнг взглянул на Лукрес, с улыбкой говоря.
— Ну как фройляйн, как вам тут? Конечно не дворец но... — он пожал плечами.

Сердце Лукрес колотилось как бешеное, но её лицо оставалось маской спокойствия. Она видела, как менялась комната с появлением каждого нового персонажа: от угрозы Хельмхарда до растерянности дворецкого, от внезапного появления интендантов до... его.
Когда Лейнг вошёл, всё изменилось. Воздух снова стал дышащим. Его смех развеял напряжение, как солнце — утренний туман. И то, как он одним словом обратил в бегство всесильного графа, было демонстрацией власти, более впечатляющей, чем любая речь. Теперь они остались одни. Его вопрос повис в воздухе, простой и в то же время полный скрытых смыслов. «Ну как фройляйн, как вам тут?»
Она не стала отвечать сразу, давая себе секунду, чтобы перевести дух. Её взгляд скользнул к двери, через которую только что ретировался Хельмхард, а затем вернулся к кайзеру. В её глазах не было ни испуга, ни подобострастия — лишь лёгкая усталость и живой, незамутнённый ум.
— Ваше Величество, — её голос был ровным, но в нём слышалась тень иронии, — признаюсь, за первые полчаса в своих покоях я успела оценить и безупречную работу вашей школы слуг, и... выдающуюся бдительность вашей контрразведки. — Она сделала небольшую паузу, давая ему оценить её самообладание. — Если это стандартная процедура знакомства с новыми сенешалями, то должна признать, ваш двор не страдает недостатком... ярких впечатлений. Она подошла немного ближе, её осанка была прямой, но не напряжённой.
— А что до покоев... — она обвела взглядом комнату, и на её губах появилась лёгкая, почти что частная улыбка, — после только что пережитого, они кажутся мне самым безопасным местом во всей галактике. Благодарю вас за своевременное появление. И за то, что... прояснили ситуацию с моим статусом графу. Кажется, он питал некоторые иллюзии. Она не стала жаловаться. Не стала просить защиты. Она описала произошедшее с холодным остроумием, показав, что видит игру, в которую играют, и не намерена быть пешкой. И в последней фразе был тонкий, но ясный намёк: она поняла, что его приход не был случайностью. Возможно, это и был главный тест.

В ответ на её слова, Лейнг Артиер чуть нахмурился испытывая искреннее недоумение, ведь в действительности не было никакой проверки, и то что тут едва не свершилось было катастрофической угрозой, столь же сколь прибытие кайзера стало фееричной удачей. Искренне повернувшись на дверь, Лейнг сказал.
— Этот и впрямь бывает иногда чрезмерно дотошен. Оттого умеет здорово наживать себе врагов. Но он полезен двору. Не тревожьтесь, он боле вас не побеспокоит, я распоряжусь. — Лейнг подошёл, и на его лице было лёгкое замешательство.
— Признаться, я несколько импровизировал там, на аудиенции. Я надеюсь, этот договор и ваше присутствие здесь, не слишком вас обременит? Быть может у вас есть кто-то на планете, кого вы бы хотели взять с собой сюда?

Лукрес увидела его искреннее недоумение и мгновенно пересмотрела ситуацию. Это не был спланированный тест. Это была настоящая, непредвиденная угроза, которую он случайно предотвратил. Осознание этого было одновременно и пугающим, и пьянящим. Его власть была настолько абсолютной, что он даже не предполагал подобного своеволия от своего подчинённого. Его вопрос о том, не обременил ли он её, прозвучал с неожиданной прямотой, лишённой обычной придворной игры. В нём было что-то от того генерала, которым он был в прошлом. Она смягчилась, и её ответ стал менее острым, более человечным.
— Обременит? — она тихо рассмеялась, и в этом смехе впервые слышалась не маска, а настоящая усталость и облегчение. — Ваше Величество, вы только что спасли меня от... весьма своеобразного «знакомства» с местными нравами. После этого любое предложение покажется милостью.
Она посмотрела на него, и её взгляд стал более вдумчивым.
— Вы не обременили меня. Вы предложили мне шанс. Шанс быть чем-то большим, чем дочь планетарного правителя. И я намерена им воспользоваться. Что касается людей с Тариса... — она покачала головой, и в её глазах мелькнула тень одиночества, которое она тщательно скрывала. — Нет. Те, кто мне по-настоящему дорог... остались в прошлом. Здесь мне предстоит выстроить всё с чистого листа.
Она сделала паузу и добавила с лёгкой, почти что дерзкой улыбкой:
— Если только вы не сочтёте, что мне необходим ещё один дворецкий для защиты от чересчур ревностных слуг короны. Впрочем, — её взгляд скользнул к двери, — я полагаю, после вашего вмешательства моя безопасность обеспечена лучше, чем когда-либо.
— Я бы хотел, чтобы вы чувствовали себя здесь в безопасности, как дома. Вы верно подметили, вы будете кем-то большим. — Кайзер подошёл к иллюминатору и взглянул на Тарис.
— Я желаю сформировать проектность моей Лиге, чтобы субъекты входящие в неё вместе с центром строили своё будущее. И в молодом поколении, таком как ваше — сам он был чуть менее чем двое старше её — я вижу зачатки новых перспектив. Как-нибудь на досуге, ознакомьтесь с моей речью перед Аристократической Лигой месяц назад. Может вам придётся это по душе.
Отойдя от иллюминатора в сторону Лукрес, он остановился в паре шагов от хозяйки этих апартаментов. Глядя на неё Лейнг Артиер улыбнулся, вначале но потом почувствовал себя неловко из-за повисшего молчания.

Лукрес наблюдала, как он у иллюминатора говорит о будущем, и в его словах не было ни высокомерия, ни пустого пафоса. Была странная, почти уязвимая надежда. «Он не просто правит. Он пытается строить. И он ищет единомышленников». Мысль была настолько неожиданной, что на мгновение она забыла о дворцовых интригах. Он видел в ней не пешку и не украшение, а союзника в чём-то большем. Его неловкость от внезапной паузы тронула её иначе, чем любая отточенная галантность. В этом молчании не было расчёта — лишь лёгкая растерянность человека, привыкшего командовать, но не всегда находившего отклик. Она не стала заполнять паузу пустыми любезностями. Вместо этого её взгляд стал серьёзным, почти что ученическим.
— Я обязательно изучу вашу речь, Ваше Величество, — её голос прозвучал тихо, но с неподдельным интересом. — Мне... интересно узнать, какое будущее вы видите. И чем я могу быть полезна в его построении.
Она сделала небольшой шаг навстречу, сокращая дистанцию, но не нарушая её. Её улыбка смягчилась, утратив прежнюю остроту и приобретя лёгкую, едва заметную теплоту.
— А пока... — она слегка склонила голову, — возможно, мне стоит освоиться с тем, что безопасность здесь обеспечивается не стенами, а личным вниманием кайзера. Это... неожиданно приятное осознание.
В её словах не было лести — лишь констатация факта, окрашенная в личные тона. Впервые за этот вечер между ними возникло нечто, отдалённо напоминающее доверие.

Последняя фраза заставила мужчину задержать дыхание, в его мыслях было нечто ещё, но он не решался. Лейнг привык брать тех женщин, которые были ему вожделенны и/или политический эффект от союза с ними был великолепен, это сделало его в целом натурой весьма влюбчивой, но сейчас он не намеревался пополнять свой гарем разумом, а вот сердце и внутреннее вожделение, здорово противились рассудку. Он никогда не связывал себя с кем-то, вот так просто без перевода девушки в гарем, да и внутренние традиционные установки были невероятно сильны. Поэтому он стоял, и словно бы хотел что-то сказать, но долго не мог, наделе не понимая как ему быть. В конце концов Лейнг Артиер взял себя в руки и сказал.
— Ну... мне приятно ваше общество, и если не возражаете, я побуду с вами.
Он сглотнул, и после расстегнул верхнюю пуговицу кителя, и повернулся чуть в сторону.
— Всмысле, я хотел сказать... Мне бы не хотелось, чтобы вы подумали что я давлю на вас, мощью моей короны, моей власти. — Он пытался собраться с мыслями, чтобы понять самому себе, что он хочет сказать, но это едва получалось. В его голове был конфликт установок. Обычно в такие минуты выручала Фемидия, она бы без всяких проволочек, ощутила его желание, и без учёта воли девушки, внесла бы её имя в список гарема. Но Лейнг не желал неволить никого, после того как он увидел сколь тяжело быть в гареме в неволе, у первой кто это ощущала, то была принцесса Эйр Велмор-Алдераанская.
Лукрес видела его борьбу. Видела, как привычная власть и ясность целей столкнулись с чем-то новым, что не укладывалось ни в политические расчёты, ни в привычные схемы гарема. Его нерешительность была красноречивее любых уверенных признаний. В ней не было слабости — была честность, редкая и драгоценная для человека его положения. Он боялся, что его власть исказит всё, сделает любой его шаг принуждением. И в этом страхе она увидела нечто большее, чем просто правителя. Она увидела человека, запутавшегося в собственных чувствах и принципах. Её сердце учащённо забилось, но на сей раз не от страха. Это было иное волнение — острое и трепетное. Она медленно закрыла расстояние между ними, остановившись так близко, что могла бы коснуться его, но не делая этого. Её голос прозвучал тихо, почти шёпотом, полным нежности и понимания.
— Ваша корона и ваша власть — это часть вас, — сказала она. — Но то, что вы сейчас говорите... то, как вы говорите... это исходит не от кайзера. Это исходит от Лейнга Артиера.
Она посмотрела на него с безграничной теплотой, позволив ему увидеть в своём взгляде не расчёт, а зарождающееся чувство.
— И мне нечего бояться. Потому что человек, который боится испугать меня своей силой... тот, кто ценит чужую волю выше собственного желания... этот человек никогда не станет давить на меня. Давление — удел слабых. А вы... вы просто сильный человек, который хочет быть рядом. И я не возражаю. Останьтесь.
Медленно повернув голову к ней и глядя в глаза девушки, Лейнг робко коснулся её руки, в голове продолжало звучать её "останетесь", и теперь рассудок или точнее предрассудки начали уступать. Чуть склонившись к лицу Лукрес, Лейнг поцеловал её нежно беря одновременно за руку, а закончив он открыл глаза и улыбнулся.
— До аудиенции, я и не думал, что вновь буду ощущать эту лёгкость. Сударыня. Лукрес.
***

В этом нежном, почти робком прикосновении рушились последние стены. Не стены корабля или тронного зала, а те, что он годами выстраивал вокруг своего сердца, пряча его под грузом короны, долга и политических союзов.

И когда его губы коснулись её, Лукрес почувствовала не триумф, а нечто иное — щемящую, хрупкую близость. В его поцелуе не было собственничества владыки, в нём была просьба, доверие и та самая «лёгкость», о которой он прошептал. Он оторвался, и в его улыбке, в его глазах, она увидела не Кайзера Лиги, а Лейнга Артиера — человека, уставшего от одиночества на вершине. Лукрес не стала говорить. Любые слова сейчас были бы лишними. Вместо этого она мягко сжала его руку в ответ, её пальцы переплелись с его пальцами в безмолвном обещании. В её взгляде, влажном от нахлынувших чувств, читалось всё: и понимание, и принятие, и та тихая радость, что приходит, когда находишь то, о чём не смел даже мечтать. Она прикоснулась к его щеке, легким, почти невесомым движением, сметая последние следы неуверенности. В этот миг не было ни гаремов, ни тронов, ни политических игр. Были только они двое, затерянные в необъятной вселенной, нашедшие друг в друге тихую гавань.

Медленно, он продолжал целовать Тарисианку раздеваясь и раздевая её, а после он увлекал её здесь же к креслу, начиная танец страсти с нежности, и ласок но заканчивая его, наполненностью экстазом. Он уже не мог мыслить о том, какие надо было бы соблюсти формальности, он просто был влюблён, как изредка бывало лишь с немногими его женщинами, Вайси Рейм Дуку, Адаме Веруне и Хината Хьюга, его шиноби-наложница, телохранитель в стенах гарема, лишь эти женщины и теперь Лукрес Вальтур, оставили в его сердце след, впрочем им ничего не грозило, ибо ни одна из них не могла затмить в его сердце Фемидию, в последнее время не часто уделяющую ему время, в своих ситхских делах, но перед дивой-примархом он преклонялся, и любил её как божество, что снизошло к нему. А сейчас, он наслаждался теплом тела, прекрасной Лукрес, а главное тем сплетением теплоты душ, которые соединились в акте любви.
Страстно покрывая её поцелуями после апогея сладострастия и нежности, Лейнг Артиер восстановил ритм дыхания и прошептал.
— Лукрес...— со спадом страсти, приходило осознание произошедшего. Он теперь чувствовал, что обязан бы взять её очередной наложницей, чтобы та жила в других палубах недоступных никому кроме родственников при посещении. Но с другой стороны, он не взял одобрения отца, словом начала возвращаться прежняя борьба.
— Я не знаю что мне делать, — честно озвучил он свои мысли, — но и не позволю тебе страдать, или терпеть унижения. Чего ты желаешь?

***

В тишине, нарушаемой лишь их успокаивающимся дыханием, его вопрос повис между ними — обнажённый и честный, как и всё, что происходило между ними в эти мгновения. Он был кайзером, чьё слово — закон для миллиардов, и теперь он, сбивчиво и искренне, спрашивал её, простую смертную, чего желает *она*.

Лукрес слушала, и её сердце сжималось от странной смеси любви и печали. Она слышала его борьбу — между долгом, привычкой и этим новым, хрупким чувством. И она слышала неприкосновенное имя — **Фемидия**. Богиня, перед которой он преклонялся. Та, чьё место в его сердце было высечено из звёздной стали и не подлежало обсуждению.

Она не испытывала ревности. Как можно ревновать к божеству? Это было бы безумием. Вместо этого в ней рождалось ясное, холодное, безжалостное к самой себе понимание.
«Он предлагает мне гарем. Стать одной из многих, запереться в золотой клетке на отдалённых палубах, дожидаясь его милости... как принцесса Эйр. Или...»
Её пальцы мягко коснулись его лица, заставляя его встретить её взгляд. В её глазах не было требований, не было обиды. Была лишь бездонная глубина принятия и трезвый расчёт, который был частью её самой.
— Лейнг, — прошептала она, впервые назвав его по имени без титула, и в её голосе звучала нежность, смешанная с неумолимой правдой. — Я не хочу быть твоей наложницей.
Она сделала паузу, позволяя словам проникнуть в его сознание.
— Я не хочу быть ещё одним сокровищем в твоей коллекции, другой обязанностью в твоём списке дел. То, что было между нами сейчас... это не было долгом. Это не было политикой. Это было... настоящим. — Её голос дрогнул. — И я не хочу, чтобы это запирали в стенах гарема, где всё подчинено ритуалу и рангу. Она прикоснулась к его губам, словно запечатывая свою клятву.
— Оставь меня здесь. В этих апартаментах. Как сенешаля Тариса. Как политика, с которым ты советуешься. Как женщину, к которой ты приходишь не по долгу, а по зову сердца. Позволь мне быть той, с кем ты можешь быть просто Лейнгом. Позволь мне быть твоим выбором, а не твоей обязанностью.
В её глазах стояли слёзы, но её взгляд был твёрд.
— Я знаю, что есть Фемидия. Я не прошу и не смогу занять её место. Я прошу лишь крошечный уголок в твоей жизни, который будет принадлежать только нам. Без указов, без одобрения отца, без правил. Только мы. Согласен?

И твёрдость её речей, в которых читалась не дюжая внутренняя сила, и упоминание светлоликой Фемидии, цезарины, примарха, божества, всё это впустило некоторую трезвость в его размышления и Лейнг Артиер ощутил в себе силу, Лукрес помогла ему найти решение, и теперь он мог его принять. Это неожиданным для него самого образом, окрылило мужчину и кайзер, он ласково провёл ладонью по её щеке и поцеловал долгим, полным страсти и в тоже время нежности поцелуем. И как только губы их разомкнулись, он сказал улыбнувшись.
— Да будет так. — Он провёл рукой по её волосам, наслаждаясь мгновениями рядом, а после ощутил в себе вновь закипающую из глубин страсть, и силу излить эту страсть, вновь сливаясь в томном поцелуе с Лукрес, он возобновил танец страсти и наслаждения. Спустя некоторое время, когда они уже одевались Лейнг Артиер заметил вдруг.
— Ты очень сильна духом, Лукрес. Но сейчас со мной ты была иной, чем тогда на аудиенции. — Он поцеловал ей руку, как в тот раз и улыбнулся.
— Впрочем наверное и обо мне у тебя там сложилось, иное впечатление.

Одеваясь в тишине, нарушаемой лишь шелестом ткани и их успокоенным дыханием, Лукрес ловила его взгляд. Его слова были не просто наблюдением — они были признанием. Он видел не только её стальную волю, но и её уязвимость, и это делало её в его глазах не слабее, а реальнее.
Она позволила себе улыбнуться — мягко, по-женски, без привычной остроты.
— На аудиенции я видела Кайзера, — сказала она, поправляя складку на его камзоле с интимной, почти супружеской естественностью. — А здесь... — её пальцы на мгновение задержались на его плече, — я увидела Лейнга. И тот, и другой невероятно сильны. Просто... сила у них разная.
Она посмотрела ему прямо в глаза, и в её взгляде читалась глубокая, безмолвная благодарность.
— А моё впечатление о вас, — её голос стал тише, — лишь стало... глубже. Раньше я видела правителя, который берёт то, что хочет. Теперь я знаю человека, который способен сомневаться, искать и... доверять. Вторая картина мне нравится куда больше.
Она не стала скрывать, что его нерешительность и честность тронули её больше, чем любая демонстрация власти. В этом была её собственная сила — сила различать человека за титулом и ценить его превыше всех регалий.

Он чувствовал, как сложно было сейчас уходить. Лейнг снова поцеловал Лукрес и после отступил на шаг.
— Я должен идти, но я буду всегда рядом. Прошу если я понадоблюсь по какому-то вопросу, не стоит стесняться. Свяжись со мной в любой момент. — Он глубоко вздохнул, и добавил.
— Уверен ты не откажешь мне в удовольствии и сопроводишь меня на гонках?

Лукрес смотрела, как он отступает, и в её груди сладко сжималось. Его нежелание уходить было лучшим подтверждением искренности произошедшего.
— Стесняться? — она тихо рассмеялась, и в её глазах плескалась тёплая, живая уверенность. — После всего, что было? Вряд ли. Вы... ты... — она поправилась, пробуя новое обращение, — получишь столько сообщений, что фрау Рунхельм-Шильберни заподозрит заговор.
Её взгляд стал мягким, но в нём загорелась знакомая ему искра амбиций и ума.
— А на гонках... — она сделала небольшой, но выразительный поклон, полный изящества и лёгкой иронии, — я буду не просто сопровождать тебя, Лейнг. Я буду твоим проводником в самом ярком шоу, которое Тарис может предложить своему Кайзеру. Готовься, это будет незабываемо.
В её словах не было подобострастия. Было обещание. Обещание быть не просто спутницей, а той, кто сможет показать ему её мир с лучшей стороны. Она провожала его взглядом, уже строя планы и чувствуя, как её новое положение из хрупкого дара превращается в прочный фундамент, на котором она сможет построить всё, что захочет.

Лейнг улыбнулся в ответ на её слова, они тронули его, это поистине были отношения, совершенно нового для него типа, и пока ему было трудно сориентироваться, но он наслаждался этой близостью и искренностью. Когда государь ушёл, в зал вошла одна из горничных, на её лице был испуг. Зашла она, а не дворецкий, потому как слуги опасались как бы случайно не застать хозяйку без платья.
— Ваша Светлость, наш штат готов принести вам свои извинения, если вы позволите. Мы готовы понести наказание.

Лукрес наблюдала, как дверь закрылась за Лейнгом, и в воздухе ещё витало эхо его присутствия, смешанное с её собственным облегчением и зарождающейся уверенностью. Тишину нарушила горничная, чей испуганный вид и слова вернули её в суровую реальность придворной жизни.
«Они боятся. Боятся гнева Хельмхарда. Боятся, что я обвиню их в том, что впустили его. Или боятся меня самой, новой хозяйки со странным статусом», — промелькнуло в голове.
Она повернулась к девушке, и её лицо, ещё секунду назад мягкое и задумчивое, снова обрело спокойную, но непререкаемую твёрдость. Но в её глазах не было гнева.
— Встаньте, — сказала Лукрес, и её голос прозвучал ровно и властно, но без угрозы. — Вам и всему штату не за что извиняться. Вы не могли ослушаться обер-коменданта контрразведки. Я это прекрасно понимаю.
Она сделала небольшую паузу, давая словам проникнуть в сознание перепуганной служанки.
— Однако теперь вы должны понять кое-что. То, что произошло, больше не повторится. Вы служите мне. И ваша верность должна быть мне, а не страху перед другими. — Она посмотрела на горничную прямым, ясным взглядом. — Я ценю усердие и преданность. И я не забуду тех, кто проявил их сегодня, оставшись на своих постах.
Затем её тон смягчился, став почти практическим.
— А сейчас, я хочу, чтобы ко мне направили портного. И принесли обновлённые схемы «Супримаси». Мы с вами, — она позволила себе лёгкую, ободряющую улыбку, — должны как можно быстрее освоиться в нашем новом доме.
Это был не выговор, а объявление новых правил. Она показала, что может быть справедливой, но и требовательной. Она дала им понять, что под её началом они могут не бояться произвола со стороны других, но должны будут служить безупречно. Её власть в этих апартаментах только что была утверждена — не криком, а спокойной волей.