На краю Вселенной

Один из многочисленных небоскрёбов Корусанта, коими особенно изобилует Финансовый Дистрикт Корусанта. До недавнего времени, этот комплекс принадлежал семье Диро, которой в Имперские времена принадлежала весомая доля индустрии развлечений для имперского нобилитета, разных чиновников, командующих офицеров и так далее. Последним из Диро был Хаймс Диро, мужчина в возрасте за 70 лет. Полтора года назад, его судьба сделала рутой поворот, и по неизвестной для прессы причине, он переписал всё своё имущество на компанию "Интерстеллар Консалтинг Корусант", а после отправился в путеществие на одну из лун Корусанта, где скончался от остановки сердца. В "жёлтой прессе" ходили подозрения, что его окрутила одна топ-модель, которая стала владелицей ночного клуба, коий располагался в данном здании.


Верхнюю часть здания занимает офис головного управления компании "Интерстеллар Консалтинг".


Далее идут апартаменты, сдаваемые в аренду, или используемые сотрудниками владеющей компании.



Этажом ниже...


Далее, этажами ниже располагаются конференц-залы, которые всегда можно взять в аренду, что и делают разные компании и комьюнити.



Также тут располагаются общественные зоны, бассейны и кафе для посетителей, и прочее в рамках этажей коммерческой зоны, с доступными парковками для аэроспидеров.





Ниже располагается "Выставочный зал леди Милентариси"


Ещё ниже располагается элитный ночной клуб "Бархатная Преисподняя"

Корусант, Финансовый дистрикт, офис "Лангмайер Индастрис" ====>

Успешно проведённые переговоры и заключённый контракт между Лангмайер Индастрис и Интерстеллар Консалтинг, были отнюдь не завершением того поручения, которое Игнес поручил Макиме. Хорошо это понимая, она и не особенно расслаблялась. На парковке в нижних уровнях небоскрёба Даркстар, она рассталась с присланными бойцами Чёрного Солнца, отпустив их восвояси. Поднявшись турбо-лифтом из зоны парковки в зону апартаментов, она наконец зашла к себе, система умного дома как обычно поприветствовала хозяйку цифровым, мягким мужским голосом.
— Добро пожаловать мисс Каттер.
— Закажи стандартный мой ужин, и подготовь душевую — привычным тоном отозвалась девушка, начав раздеваться в гардеробной. Здесь, она могла расслабиться и погрузиться в себя, свои мысли, чувства и самое главное, воспоминания. Демонические воспоминания приходили достаточно фрагментарно, и отрывисто, но это позволяло Макиме быть собой, отрешаясь от личины на период безопасного пребывания в личном логове. Перейдя в душевую, она принялась принимать душ, по обыкновению в это время, умный дом активировал звуковое сопровождение, создавая фоном ненавязчивое звучание джунглей. Омывая своё тело, она размышляла о рабочем процессе, но вот из воспоминаний цеплять её сознание начало одно воспоминание, словно крючок. Это были древнейшие времена, заря бытия, сражения с монстрами эмпиреев, явившихся из разломов тканей Мироздания, когда свершилась во множестве пластов реальности, событие когда мифологическим языком Каин убил Авеля. Те твари были искажённой пародией истинных зверей, хищников древности, и вместе с другими инферналами Кровавого Легиона, они сражались с ними. Тогда её связала судьба на время с одним из науру, его образ пришёл нечаянно, но тоска и жалость от того, что он находится где-то в Бездне, помешала мыслям о работе, поэтому когда Макима сушила волосы и ухаживала за кожей, она постаралась разогнать эти воспоминания. Перейдя в гостиную, она активировала два датапада, и принялась за работу, на одном знакомясь с базами данных, а на другом ведя записи и составляя списки, таблицы, давая рабочие названия отрядам, и проверяя линии поставок расходных материалов. Также она составила клиентское обращение к одному из рекламных агентств, с которым компания уже работала прежде.

Отужинав и проработав перспективное развитие "Инфернал Контрактинг Групп", как дочернюю фирму "Лангмайер Индастрис", Сантия составила смету необходимых инвестиционных сумм, после чего провела их коррекцию. Конечно, она имела карт-бланш от босса, однако это вовсе не означало, что она могла разорить их компанию, ради своего проекта. Имея доступ к счетам "Интерстеллар Консалтинг групп", как одна из топ-менеджеров этой корпорации, Сантия Каттер представляла себе порог средств, которые допустимо выделить на данный конкретный проект. И хотя суммы это были внушительные, она постаралась сделать так, чтобы проводить оптимальные затраты. Внедрение нового бренда, было делом регистрации и открытия счетов, для чего был задействован уникальный банковский продукт "Ааргау-банка" разработанный менеджерами банка специально для "Интерстеллар консалтинг", как для своего премиального клиента. Этот банк вёл счета компании, а также счета дочерней фирмы управления недвижимостью "Даркстар", через которую проводились финансовые операции касающиеся всех дел в данном небоскрёбе, в стенах которого сейчас работала девушка. Перед сном, она составила новый договор с банком, открывая сторонний счёт для "Инфернал Контрактинг", и активировала программы для бизнеса (сюда включались зарплатные статьи, премии, затраты на расходные материалы и прочее).
Отойдя ко сну Сантия вновь вспоминала старого знакомого из их Кровавого Легиона, но вскоре эти воспоминания сменились воспоминаниями смертной Сантии, и плавно она перетекла в сон. Во сне Макима вернулась к древним векам, явления смертным; сражениям с тварями хаоса, и Великому Эксперименту Люцифера, и мечтам Падших Элохим. Эти эпические события, во снах пролетали в некой дымке, наскоро и не запечатлеваясь в подробностях возвышали дух демонессы. Она проснулась с рассветом, программа умного дома затемнила окна, чтобы слишком яркие лучи не помешали хозяйке, растения же в её апартаментах, имели режим питания светом от специально установленных ламп. Строго говоря, ей самой вообще не надо было заниматься своими многочисленными растениями, потому что ими занималась автоматика, полив, свет, воздух (температура, консистенция и т.д.).
С самого утра, после завтрака и утреннего туалета, Сантия вновь взялась за работу. На этот раз, проверив готовность финансового сопровождения, она сделала заказ у Уайс-мануфакторинг, на пошив нового форменного обмундирования, расширила число штатных вакансий, направив Максу Лангмайеру задачу для его ветеранов, проводить кадровый отбор отзывавшихся, и вести их профессиональную регулярную подготовку. Новый бренд, включая дизайнерское решение которое предоставила рекламная компания по вчерашнему заказу, в рамках дополнительных услуг премиальному клиенту, отражался в форменном обмундировании, технике, документации и т.п., часть решений снова отправлялась на базу офиса Лангмайер-Индастрис (принять грузы, составить отчёты о материально-техническом обеспечении и тому подобные). Размяв шею, она отправилась на тренажёр ей предстояло пробежать 9 км, после чего душ и новые задачи, более дорогостоящие контракты, к которым она преступила спустя пару часов. Был заключён повторный (для Лангмайер-Индастрис) договор с корпорацией Индустрии Аракид, на поставку к базе новых комплектов (уже покупаемых ранее РХ-12) для тактических оперативных отрядов. Был заключён оружейный контракт с ЭлПриКо-аренал, на закупку лёгких бронежилетов КМ-бодигард-1, и после дело дошло до оружейных контрактов.
Вот тут Сантии пришлось немного поломать голову, потому что в её новой задумке о штатной структуре эскадронов, поставок от старых поставщиков не хватало. Нужно было пехотное вооружение для ведения боевых действий, и в тоже время оптимальное по цене/качеству. Поэтому, она собрала ключевые контактные данные и подключив датапад к аппарату голографической гиперсвязи, начала по-очереди, соединяться с разными поставщиками оружия перебирая из, и начав с Соон-бласт индастрис, тут вызвав доверие используя свои познания во внушении, и хотя ей удавалось достичь доверия, даже у менеджеров которые обучены ведению переговоров, всё же полученная информация не устраивала, из-за минимального показателя цены. Следом был менеджер из Бластек, и снова успех она получила массу информации о реальных, наиболее выгодных ценах и возможностях (а не тех, которые менеджер планировал предоставить изначально, ведь именно так Интерстеллар Консалтинг добивались лучших условий и премиальных программ, взаимодействуя с партнёрами). Примерно также картина была при общении с менеджером компании Меер-Соон. Наконец, она вышла на адреса компаний КСА, действовавших в том числе в пространстве Галактической Республике, она вышла на связь с менеджером корпорации Арасака. Успешно узнав, в ходе звонка обо всех реальных ценах, Макима была приятно удивлена, на галактическом рынке, компания была молода, и пока играла с ценником завоёвывая себе клиентскую базу и свою нишу на оружейном галактическом рынке. Воздействуя посредством звука, через свой голос ведя обыденную вроде бы, деловую беседу демонесса выведала сложности, в поставках которые могли бы несколько завысить цену, и потому внесла в контракт схему обхода этих сложностей, через компенсацию от Арасаки. Имея список ценовых спектров, и разоблачительных сводок по этим оружейным игрокам, она также в зашифрованном пакете, с курьером отправила его Максу Лангмайеру, в качестве очередного жеста доброй воли, дабы исходя из этой важной информации он смог оптимизировать затраты на пополнение товара, в свою сеть оружейных магазинов "Четыре Луны". Это был ход на укрепление доверия партнёра, она помнила сколь прагматичный этот человек Макс Лангмайер, и понимала что данный жест он сможет оценить, убедившись в выгодности заключённого недавно соглашения, что сгладит и отношение персонала Лангмайер Индастрис, к изменениям.
Наконец, она определила нехватку транспортного обеспечения, нужны были челноки, максимально полноценный автопарк из них. Оперативное крыло отрядов Инфернал Контрактинг, должно было иметь мобильность. Пока партнёры не могли себе позволить целую армейскую бригаду, поэтому разрабатывалось скорее оперативное соединение специального назначения, включая эскадрон кибер-войны и информационной безопасности, и регулярное охранное соединение, для обеспечения охраны на важных объектах, начиная с данного здания "Даркстар". Здесь решено разместить 225 человек в облегчённой амуниции (форма, бронежилеты, бластерные пистолеты) для обеспечения охраны по уровням, и в особенности в нижних сегментах. Она продолжала направлять в офис Лангмайер Индастрис распоряжения. Работа по исполнению поручения Игнеса Лайтгера продолжалась. Но Сантия Каттер была также топ-менеджером Интерстеллар Консалтинг, а потому ей нужен был человек, достаточно подготовленный, бесстрашный и с гибкостью ума, подходящий для такой работы. И учитывая "хобби" Макимы, она знала где такого искать. Вначале она просмотрела общие сводки полиции о числе преступлений, по Нижним Уровням Корусанта, потом она выделила несколько районов и направила запрос боссу Чёрного Солнца. Получив краткое и ёмкое описание того, кто из крупных игроков держит те или иные районы, Макима избрала один из них и переодевшись уже вечером отправилась в гараж, дабы направиться в один из таких районов, запасшись напитками и закусками. Вскоре её зауэр покинул небоскрёб.

=====> Корусант, Нижние уровни, район Уотсон

Корусант, Нижние уровни, район Уотсон =====>

Весь дальнейший полёт, она довольно скоро набросала себе в голове план дальнейших действий, чтобы получить столь ценный кадр, который теперь не выходил из головы. Этот парень был очень похож, на её древнего знакомого демона, сильный, ловкий, умный и расчётливый и в тоже время, как-будто такой беззаботный. Улыбка сама появилась на лице Сантии, когда она делала очередной поворот выруливая наверх к верхним уровням, без остановок проходя контроль Корусантской Гвардии. Тут едва ли получилось бы сделать так, как было с Чёрным Солнцем, так как уровень на котором располагался район Уотсон, был ниже чем распространялся контроль Гвардии, и простой вывод силовиков, тут помочь не мог. Поэтому, Сантия решила связаться со своим знакомым, ради информации. Она направила сообщение Арентину Слею, главе Чёрного Солнца, с просьбой дать контакты пайков. К моменту когда девушка прилетела в закрытый гараж Даркстара, и покинула свой транспорт, на её датападе мелькнуло ответное сообщение. Это был ответ Слея, контакты она получила но евда ли сам синдикат черно-солнцевцев мог бы ей помочь, и Арентин советовал посетить ресторан "Багровый Свет", ибо именно там можно было найти даму, которая могла бы помочь надавить на синдикат пайков. Сантия поднялась турбо-лифтом в свои апартаменты, и как обычно, переоделась направляясь прямиком в душ, чтобы подумать как следует. Один из вариантов, был попробовать амнистировать часть пайков, и через пайков нажать на Пики Тонгс, либо попробовать вариант с "Багровым Светом", этот ресторан явно был как-то связан с личностью, способной помочь в этом вопросе, раз сам босс Чёрного Солнца дал такую рекомендацию.
Сантия покончила с душем, и вышла в халатике к подготовленному для неё ужину, заказанному автоматикой умный дом. Ужин был превосходный, и насытившись с наслаждением, Макима вышла к обзорному, панорамному окну в пол. С внешней стороны оно было затемнено, но ей вид ночного Корусанта, с эдакой высоты был виден превосходно. Налив себе бокал вина, девушка снова вспоминала этого парня. Прежде всего его нужно было завербовать, это было важно как для ЧВК Инфернал Контрактинг, так и для Интерстеллар Консалтинг, но ещё это было важно ей. Если задача по вербовке, была ей по плечу, то вот то что она хотела сделать с ним в дальнейшем, было за пределами всяческих её сил, но не за пределами сил её владыки. Игнес Лайтгер мог сделать то, чего она желала, хотя Макима была и не уверена сделает ли. Впрочем, это не должно было застилать перед ней задачу, и раздумывая как поступить, она решила испытать для начала второй вариант. Дополнительные связи были бы не лишними. На улице была ночь, и Сантия легла спать. Во сне она снова вернулась к древним временам, сражениям и демоническому своему прошлому. А утром, она заказала столик в "Рассвете" на этот вечер, и вышла на связь со своей коллегой. Та ответила, хотя и не сразу. Появилось голографическое изображение Кларианы Милентариси.
— Вы посмотрите кто мне позвонил, почему в такую рань? Я немного устала, не у тебя одной ночи скучные домашние знаешь ли...
Как обычно проглатывая неизбежную колкость коллеги, Сантия сразу перешла к делу.
— Я занимаюсь поручением владыки. Сейчас мне нужно отужинать в Багровом Свете, и познакомиться там с кем-то. — Она вдруг увидела удивлённое выражение на красивом лице демонессы Ильмаре, что была на том конце. — Ты что-то знаешь об этом ресторане?
— Я не удивлена что не знаешь ты — усмехнулась Клариана, — это известное место в наших кругах, моя дорогая. Многие сенаторы и влиятельные люди, вроде твоего знакомого Слея любят туда захаживать. Однако, сама я там не была это упущение. Составлю тебе компанию, надо будет подобрать вечернее платье. И ты пожалуйста, подбери что-нибудь поприличнее, без запахов Нижних уровней.
Закатив глаза, в ответ на очередную колкость демонессы и такого же топ-менеджера Интерстеллар Консалтинг как она сама, Макима прервала связь, она договорилась о встрече, и Ильмаре поможет ей что бы то ни было, ведь речь шла о поручении владыки. Она приняла душ, и отправилась в тренажёрный зал. Сегодня она занялась не бегом, а работой с грушей и манекеном, нанося удары кулаками, и стараясь делать их всё правильнее и правильнее. День она провела в тренировках и занятиях над делами Инфернал Контрактинг, а к вечеру после душа надев своё вечернее красное платье, отправилась в путь.

=======> Корусант, Сенатский Округ, ресторан Багровый Свет.

=====> Багровый Свет ресторан, Корусант

Плавно двигаясь в ночном Корусанте, по выделенным линиям дорогой чёрный зауэр, аэроспидер принадлежавший одной из топ-менеджеров Интерстеллар Консалтинг, приближался к небоскрёбу Даркстар, а Сантия размышляла над тем как удивителен был этот вечер. Они не только разжились более широкими сведениями о теневом мире Корусанта, но она нащупала следы для дальнейшего своего продвижения в деле рекрутинга Годжо. Но пожалуй самым удивительным ей было то, как растаяло это напряжение, которое проявлялось между ней и Ильмаре. Две демонессы раньше особо не пересекались, и соприкоснулись лишь в этот год после того как владыка подобрав для них тела хостов. Первое впечатление, как оказалось обманчиво всё же мудрость демонесс преодолела в их отношениях друг к другу, всяческие предрассудки, они не заходили на территории друг друга, и не мешали друг другу, но теперь, после этого вечера они вступили в новый этап отношений. Казалось это было начало дружбы. Сантия свернула к закрытой парковке небоскрёба, и вскоре приземлилась на своём месте. Девушки вышли из машины, и направились к лифту, но когда Сантия нажала на кнопку этажа где располагались их апартаменты, к её удивлению Клариана нажала на кнопку уровня, где был её клуб. Заметив взгляд коллеги, она улыбнулась.
— Хочу посмотреть как идут дела. Это мой бизнес в конце концов. — Турболифт двигался, и Клариана сделала шаг приблизившись к собеседнице говоря ей, в замкнутой обстановке лифта.
— Ты можешь обращаться ко мне, не официально милая. — Потом погладила её по щеке ладонью и подмигнув развернулась, ровно в этот момент двери лифта открылись и дива вышла из турболифта оставляя, Сантию внутри, но рыжеволосая не осталась в долгу отвечай ей вслед.
— И я ценю это, спасибо за помощь. — Прежде чем створки лифта закрылись, они вновь пересеклись взглядами, и Сантия уловила кивок подруги, перед тем как лифт закрылся и она полетела вверх. Оказавшись дома, мисс Каттер разделась и приняла душ, а потом перешла в гостинную завернувшись в домашнюю сорочку. Девушка исследовала свой рабочий датапад, рассмотрев что за это время делали в Лангмайер Индастрис. Её поручения потихоньку выполнялись, и теперь ей надо было спланировать свой визит в бар "Кессельская Дуга", но тут уже она не собиралась отправляться совсем без сопровождения. Из всего того, что она слышала о синдикате пайков, да и о пайках вообще, в их среде ценился статус, больше чем прагматизм следовательно надо было произвести впечатление. Но время было позднее, и чтобы оставить это до следующего раза Сантия постаралась очистить разум перейдя в спальную комнату, где активировав успокаивающий звуковой фон, легла спать.
В это время, под аплодисменты танцующих гостей переодевшаяся в эффектное и откровенное платье, Клариана продефилировала по небольшому подиуму к своему месту в клубе. Это был тёмный трон, очертания которого терялись в темноте клуба, так что были видны лишь черты её тела сидящего в грациозной позе, в затемнении чуть выше чем рядом стоящий пьедестал с диджеем. Сегодня здесь выступала диджей по имени БлэкДонна - с этой дамой, Ильмаре любила сотрудничать, конечно не из-за её странного и неприглядного в обыденной жизни вида, но из-за внутреннего таланта, она умела нащупать ритмы для того, чтобы раскачать людей в клубе. Слуга принёс боссу клуба бокал с игристым вином. Для Ильмаре ночь только начиналась.

Проснувшись по утру, и пройдя все процедуры утреннего туалета, Сантия размышляла об изменениях в её отношениях с Милентариси. Раньше, она даже и не подумала бы о том, что они могут быть кем-то большим друг другу, чем конкурирующие коллеги топ-менеджеры. Даже оттенки сознания хоста Сантии, диву давались от такого, она в прошлом также и не подумала бы дружить с некой топ-моделью из рекламного бизнеса. На уровне же демонес, Макима даже немного досадовала, что в древние времена они не особо пересекались с Ильмаре. Чашка отборного утреннего каффа напомнила ей ноту вчерашнего расставания с Кларианой, и поняв что та наверняка спит, и будет спать так до второй половины дня, учитывая её ночные тусовки, Сантия решила её не беспокоить. Вместо этого, она решила подготовить почву для сегодняшней встречи с синдикатом пайков. Во-первых она послала весточку Арентину Слею, и снова запросила себе небольшую свиту от синдиката Чёрное Солнце, в том же составе. Во-вторых, она продумала свой костюм, включающий чёрные брюки, белую блузку, портупею, черный длинный чокер, и черный пиджак. Для записей, на всякий случай она приготовила переносной датапад. А пока оставалось время, девушка позавтракала и ещё немного поработала над проектом Инфернал Контрактинг. К слову она уже ознакомилась об отчёте о завершении комплектации особой роты "Даркстар" присланной для обеспечения безопасности в одноимённом комплексе. Оперативники данного подразделения, уже прибыли в небоскрёб и осваивали посты, узлы безопасности, начиная свою регулярную работу здесь. В создании для них казарменных помещений нужды не было, так как все сотрудники были жителями средних уровней Корусанта.
После этого, она сосредоточилась уже на тактических сквадронах, коих в частной военной компании, на данном этапе сложилось семь групп, по 33 человека, включая одного командира сквадрона, двух командиров крыльев сквадрона, по 16 человек в каждом (включая командира); делящихся на три огневые группы по пять оперативников, один из которых был командиром огневой группы. Эти подразделения получили имена: Чёрные Рыцари (Блэкнайтс); Смертоносные Легионеры (Дедли леджионерс); Северный Вихрь (Нортвортекс); Последний Бастион (Ластбастион), Тёмный Ветер (Дарквинд), Пламя (Флейм) и Чёрный Алмаз (Блэк Даймонд). Помимо них, структурированы и другие подразделения: "Созвездие" группа кибервойны; "Адские Крылья" пара штурмовых аэрокосмических машины, эскадрон Драконы из пяти танкет на антигравитационной платформе, группа снабжения и обеспечения Тубал-Каин включающая семь грузовых лэндспидеров, водителей и механиков, эскадрон "Мышеястреб", и эскадрон Старлайт (Звёздный Свет) из трех челноков-звездолётов. Всё это само собой касалось исключительно структуры ЧВК "Инфернал Контрактинг", но не всего Лангмайер Индастрис. Но именно это интересовало ответственную за проект Сантию Каттер.
Так за работой, время пролетело незаметно, и она поняла что пора выдвигаться, девушка уже собиралась выходить, когда ей был прислан подарок в виде наборов лучших средств косметики и личной гигиены, от Кларианы. Обрадовавшись, этой приятной мелочи Сантия послала с курьером свою благодарность. После чего спустилась к парковочной зоне, где её ожидала уже группа телохранителей от Чёрного Солнца. Они выдвинулись точно также, как тогда на встречу с Лангмайером, Сантия полетела на своей машине, а телохранители на своей следом, кортежем.

====> Бар Кессельская Дуга

И отчасти предположение Сантии было верно, кроме разве что того, что спала Клариана не до второй половины дня, а до полудня. Приняв утренний кафф в постели, она отправилась в личный небольшой тренажёрный зал, где провела группу регулярных, утренних упражнений на гибкость, полезных для тела. После этого, она приняла душ и плотно позавтракала (ко времени обеда). Тогда-то она и отправила подарок, поделившись с Сантией, тем чем её одаривали спонсоры. Большая часть продукции была от владельцев производящих оную компаний, признательных Клариане за участие в их рекламных кампаниях. Сегодня в её планы входило отдохнуть и развеяться, что с её образом жизни, означало анонимно покататься вечером на спидербайке. А перед этим, можно было немного поработать со своими портфолио в социальных сетях ГолоНета.

Клариана как раз завершила деловую переписку с одним из своих рекламных агентов, когда с ней созвонилась через комлинк Сантия Каттер. То о чём она запрашивала, было не слишком трудно но над исполнением надо было хорошенько подумать, и оценить все возможности. Добиться амнистии, для одного из боссов синдиката пайков, заключённых семь лет назад, в ходе совместной операции Бюро Внутренней Безопасности и сил правопорядка Галактической Республики, можно было несколькими путями. Впрочем самый простой юридически путь, через приказ об амнистии от канцлера отпадал, так как связь с канцлером Веруной была лишь у босса, а нарушать тонкую связь между канцлером и Люцифером Ильмаре не спешила. Поэтому, она решила не трогать столь важную птицу, вместе с тем пока она размышляла над двумя другими вариантами, она бегло набрала письмо в виде небольшой просьбы, своему порабощённому "рыцарю", маршалу Корусантской Гвардии Крому Волтейру, с тем чтобы он подал ходатайство, на основании той помощи, которую дескать диаспора пайков, оказала Корусантской Гвардии в её антитеррористической деятельности, во время терактов трёхлетней давности на Корусанте, когда Сенат и решил восстановить Корусантскую Гвардию, подразделение времён Войн Клонов, уже давно ушедших в историю.
Долго ждать ей не пришлось, официальный документ составленный со всеми необходимыми формальностями, уже был на её электронной почте, так что она бойко перекачала его на рабочий датапад, готовясь к дальнейшим действиям, выбирая же между двумя вариантами, она выбирала из барона Рате Камалона, с которым у неё были достаточно тесные связи, и главной верховного суда. Пока наконец выбор, не сменился планом по использованию обоих, для пущей эффективности, хоть план таким образом и был несколько усложнён. И для начала, она послала приглашение Рате в свой клуб "Бархатная Преисподняя". Этот человек был не просто бароном и сенатором от сектора Тапани, в Сенате, главное он был председателем комиссии по правосудию, так что его слово в таком деле имело колоссальный вес. Мало того, этот мужчина неоднократно бывал в её клубе, куда она теперь персонально и пригласила его, в этот вечер. Потом, сидя в своих апартаментах она начала подготовку, используя свою память и воображение, она воспроизвела образ Рате Камалона в своих мыслях. Улыбчивый мужчина, средних лет, длинные рыжие волосы до плеч, всегда дорогие костюмы, световая рапира (извечный признак аристократа из сектора Тапани); пара колец на левом ухе, сигареты, он любитель самых дорогих, лёгкая рыжая бородка по всему периметру подбородка, с выбритыми щеками сверху и шеей снизу, и короткие усики. Он был тем ещё щёголем, и в тоже время человеком не лишённым чувства стиля. Успешный кадр, который в своё время, в бытность Октавиана Тир Мецетти канцлером, и имея с ним связь партнёра в делах, стал сначала сенатором от сектора Тапани, подсидев конкурента, а после засветился в грандиозном деле заключения мирного договора между Галактической Республикой и Галактической Империей (в лице пары гранд-адмиралов) завершившим Галактическую Гражданскую Войну. После этого события, он без труда был избран в должность главы сенатской комиссии по правосудию, после того как Мецетти ушёл в Верховный Суд, а на его место был избран нынешний канцлер Веруна. Всё это многое говорило о психологическом портрете Рате.
Исходя из всего этого материала, сконцентрированная на его образе духа, мыслей и внешности, она использовала своё Знание Желания, чтобы вспомнить и сформировать в себе и своей внешности, наиболее привлекательный образ конкретно для него, а после и Знание Метаморфоз, дабы воплотить в себе этот образ с идеальной точностью. Через его образ, через знание Рате демонеса смогла глубоко погрузиться в его нераскрытые гештальты, в его сокровенные желания, и глубинные страхи и амбиции теперь она знала наверняка, как именно обеспечить ему тотальный душевный комфорт в её присутствии, дабы сделать его доверие безграничным. Она начала подбирать образ в своей гардеробной зале.
К моменту когда она завершила, она с инфернальной точностью во времени спустилась турболифтом ко времени начала тусовки в клубе. Она всё просчитала, её появление должно было быть для него таким, чтобы потравить его несколькими минутами томительного ожидания, но не более дабы не уязвить гордость сенатора. И вот, под глубокие ритмичные отзвуки музыки диджея БлэкДонна, в свете сложной многоуровневой системы освещения, и динамичных световых эффектов клуба, пред сенатором появилась - она. Шелковистые черные волосы, чуть длиннее среднего по грудь, в такой сложной причёске какую он мечтал увидеть на девушке, но никогда не видал, её глаза сияли глубоким синим цветом, как в самых сокровенных фантазиях Рате, само её присутствие, походка, жесты... словом то как грациозна она была, когда вошла в его поле зрения, улыбнулась ему издалека и подошла к его лаунджу, как она села рядом с ним, даже как приняла бокал игристого вина от официанта, как прозвучал её голос в приветствии, как вздымалась грудь и ниспадали на плечи локоны волос, всё это произвело фурор, тотально очаровывая барона из сектора Тапани. Даже её пропорции тела, которые подчёркивались экстравагантным нарядом, выглядели для него привлекательно. Но в тоже время, она не была для него недосягаемым идеалом, а стала вполне живой девушкой, которая пригласила лично его, и теперь сидела рядом весело и мило общаясь, спрашивая о делах мужчины о том, на сколько ему нравится в её клубе. Она не опасалась прибегнуть и к тактильному ходу, когда он сострил в ответ на её вопрос о клубе.
— Ох по началу, я думал над интерьером, чтобы поменять его. Но когда ты появилась, я понял что он создан чтобы быть идеальным, когда подчёркивает свою главную жемчужину. — Девушка улыбнулась, и коснулась его груди в до половины расстёгнутой рубашке.
— Какой ты льстец Рате, но я рада, что ты пришёл. Вчера тут было скучновато, чем занимался?
Она вела непринуждённую беседу, чтобы мужчина мог максимально расслабиться, а потом вдруг заметила, как бы делясь и своим опытом на работе.
— Скоро и наш босс возвращается, а к нам обратились с ходатайством, которому мне надо пустить ход. Дела ваши судебные.
Приподняв брови, Рате вдруг спросил.
— Серьёзно? Что за ходатайство?
— Пайки три года назад очень помогли Корусантской Гвардии в борьбе против тех террористов, ты помнишь которые устроили несколько терактов на Корусанте. И теперь они просят амнистировать одного из боссов синдиката, осуждённых семь лет назад, не ключевых какая-то мелкая сошка Тус-Нанд, но он играл видимо важную созидательную роль, в их диаспоре и существовании их комьюнити на Корусанте, отчего даже маршал Гвардии составил для них ходатайство.
Рате замер на секунду, его взгляд, полный обожания, стал чуть более собранным, но не настороженным — скорее, заинтересованным, как у человека, которому любимая женщина доверяет важную тайну. Он сделал глоток вина, отставляя бокал с изящной медлительностью, чтобы продлить момент её доверительной близости.
— Пайки? — он тихо рассмеялся, но в его смехе не было насмешки; было понимание, почти одобрение. — О, хитрецы. Воспользовались моментом, чтобы вытащить своего. Умно. Очень умно.
Он облокотился ближе, его плечо почти касалось её, а голос понизился до доверительного, заговорщицкого тона.
— Маршал Волтейр... Это сильный ход. Прикрыться помощью в борьбе с терроризмом — это блестяще с юридической точки зрения. Это делает просьбу не просто просьбой, а актом восстановления справедливости. Госпожа Милентариси, вы не представляете, какое это редкое удовольствие — иметь дело с кем-то, кто понимает, как работает эта машина изнутри, а не просто ломится в дверь с пачкой кредитов.
Он откинулся на спинку дивана, его взгляд скользнул по её силуэту на фоне пульсирующих огней клуба, и в его глазах читалось не только влечение, но и глубокая профессиональная признательность.
— Тус-Нанд... Да, я помню это имя. Он был одним из их логистов, "бухгалтер", если говорить грубо. Не боевик, не наркобарон. Именно такие люди и полезны для... стабильности. — Он сделал многозначительную паузу. — Скажи мне, дорогая, это для тебя лично важно? Или для твоего босса?
Услышав вопрос, Ильмаре без труда поняла: его вопрос — не проверка, а проявление участия. Он хочет знать, чтобы доставить ей удовольствие, оказать услугу, которая будет по-настоящему ценной. Если это её личный проект — он будет продвигать его с удвоенным рвением, чтобы она была ему обязана. Если это поручение свыше — он выполнит его безупречно, чтобы повысить её статус в глазах начальства и укрепить её позицию как ценного партнёра.
— Шутишь? И то и другое, если начальник будет доволен проделанной работой, я докажу что не только какая-то топ-модель, а и полезный топ-менеджер его консалтинговой фирмы. Так что я была бы очень признательна тебе...
— Хорошо. Рассмотрим это дело во внеочередном порядке. — Он снова взял свой бокал, чтобы чокнуться с ней. — Я поговорю с Мецетти в Верховном Суде. У нас там... взаимопонимание. Он знает, что мои рекомендации всегда обоснованы. А в Сенатской комиссии я просто включу этот пункт в повестку. Никаких лишних вопросов не возникнет. — Он улыбнулся, и в его улыбке была вся мощь и уверенность человека, который дергает за нужные ниточки. — Через неделю твой "бухгалтер" будет дышать свободным воздухом. Считай, что это мой скромный подарок в благодарность за этот... восхитительный вечер.
Он не просил ничего взамен прямо сейчас. В его мире такая демонстрация силы и эффективности — самая ценная валюта. Теперь он не просто очарованный поклонник; он — полезный союзник, который надеется, что его полезность станет билетом в её ближайшее будущее. Задача с амнистией решена. Тусовка продолжалась, и Милентариси вывела Рате на танец, когда начался длинный трек с глубокими басами. Музыка словно проникала в самое нутро, они двигались в такт друг другу, и Клариана позволяла мужчине не просто коснуться её тела, но обнять её дабы он испытал столь же сильное тактильное наслаждение, как и визуальное ранее. В танце, они выпили ещё по бокалу, когда девушка вдруг замерла перед его лицом и приблизилась к нему близко. Когда уже казалось поцелуй близок, она игриво улыбнулась и сказала.
— Мой нежный Рате, мне пора идти, но я надеюсь ты не забудешь о моей маленькой просьбе, и в следующий раз я обещаю куда более продолжительную встречу.
Рате замер. Музыка, пульсировавшая у него в крови, внезапно отступила, оставив после себя лишь оглушительный звон разочарования. Мгновение его лицо было маской чистой, почти мальчишеской обиды — он был так близок к тому, что считал своей законной наградой. Но этот миг длился меньше секунды.
Опыт, воля и та самая «полезность», которую он только что демонстрировал, взяли верх. Его взгляд из пьяного от вожделения стал пронзительным и оценивающим. Он не отпустил её сразу, позволив ладони медленно, почти нехотя, скользнуть по её талии, фиксируя в памяти это ощущение.
— Жестоко, — выдохнул он, и в его голосе смешались искренний упрёк и одобрение такой изощрённой тактики. — Оставлять меня на голодном пайке после такого ужина... Это высший пилотаж, Клариана.
Он отступил на шаг, восстанавливая дистанцию, но его улыбка вернулась — уже не распахнутая, а хитрая, полная нового понимания.
— Ты не просто топ-модель и не просто менеджер. Ты — виртуоз. — Он покачал головой, явно впечатлённый. — Именно поэтому я не забуду ни о чём. О твоей просьбе... и о твоём обещании.
Он взял её руку и с преувеличенной галантностью, почти с вызовом, поднёс к своим губам, задерживая поцелуй на тыльной стороне ладони на секунду дольше, чем положено.
— Тус-Нанд будет свободен. Моё слово. А теперь... беги. Пока я не нашёл в себе достаточно наглости, чтобы попытаться тебя удержать. — Он отпустил её руку, и в его глазах вспыхнул огонёк азарта. Эта игра, эта охота, где он пока что добыча, но страстно желает поменяться ролями, заводила его не меньше, чем её близость. Его последний взгляд, полный обещаний и вызова, говорит яснее слов: «Это не конец. Это только начало. И я выиграю этот раунд в следующий раз». Он провожает её глазами, уже строя планы, как превратить их следующую встречу в свою безоговорочную победу. С нежностью глядя на него, целующего ей руку Ильмаре решила закрепить его уверенность, и ещё подстегнуть, она любила так баловаться поднятием ставок.
— Я знаю, что слово тапанийского аристократа дорогого стоит, пусть же и моё обещание будет тебе дорого, — она приблизилась, и одарила мужчину продолжительным и страстным поцелуем в его уста, а после молниеносно оставила его, уходя к турболифтам словно видение богини красоты.
Рате остался стоять как вкопанный. Губы горели, по телу разливалась пьянящая волна, перекрывая даже звук музыки. Он машинально коснулся пальцами своих губ, как бы проверяя, не привиделось ли. Нет. Вкус её помады, тепло, сам ритм того поцелуя — всё было выверено до миллиметра и оставлено в нём как закладка. «Жестоко» — это было теперь слабым словом. Это было гениально. Его первоначальная уверенность, что он сможет переломить игру в следующий раз, сменилась ослепительной ясностью: правил этой игры он не знает, и устанавливает их она. Эта мысль вместо того чтобы унизить, возбудила его так, как не возбуждала ни одна победа в Сенате. Он был пойман не на крючок желания, а на крючок азарта, в сотни раз более прочный. Он медленно выдохнул, и его лицо расплылось в широкой, почти безумной улыбке. Он повернулся к пустому теперь пространству, где она только что стояла, и поднял свой бокал в тост за невидимую соперницу.
— Браво, — прошептал он в такт басам. — О, браво.
В его голове уже стучала одна-единственная мысль, навязчивая и властная: «Тус-Нанд будет свободен не через неделю. Он будет свободен через три дня. Я сделаю это быстрее, чем она ожидает. Пусть знает, с кем имеет дело.» Он больше не просто хотел её. Он жаждал следующего раунда. И был готов заплатить за него любую цену, начиная с головокружительной демонстрации своей собственной власти и эффективности. Её уход был не отступлением. Это был разбег для следующего, ещё более сокрушительного натиска. И он, как любой азартный игрок, уже не мог думать ни о чём другом. (НПС Камалон, покидает локацию)

дистрикт Уотсон, Нижние уровни ======>

Они летели не слишком долго, потому что Каттер уже прекрасно знала дорогу сквозь все переулки, которые в конце концов вывели её вначале в Финансовый Сити, а после и к башне Даркстар, являвшейся их пунктом назначения. Прилетев в парковочную зону, Сантия вышла из машины, и первым делом подошла к парням из Чёрного Солнца, выдавая каждому по пяти сотням кредитов. Она не была обязана, ведь они выполняли приказ своего виго, но она решила отблагодарить боевиков лично, и это была весьма не плохая сумма денег, учитывая среднемесячную зарплату, приблизительно в тысячу кредитов в месяц у простых работяг-специалистов. И те, прекрасно всё понимая остались довольны когда уезжали обещая себе выпить за здоровье этой крутой рыжули. Сантия провела Годжо мимо блока охраны, и они пошли по коридорам общественной зоны Даркстара прямиком к турболифтам. Охраной здесь уже была спецрота ЧВК Инфернал Контрактинг, и выглядели они весьма внушительнее предыдущей охраны, а главное это были уже целиком свои люди, в отличии от предыдущей корпорации, которая досталась в наследство от предыдущего владельца Даркстар.
В атриумах раздавалась приятная мелодичная музыка, но Сантии было не до созерцания всяческих местных красот, чего нельзя было сказать о Годжо, парень с интересом разглядывал место своей новой работы. В турболифте, Сантия открыла личный датапад и начала осматривать доклад прислуги. Ещё в полёте она направила сюда сообщение, подготовить свободные апартаменты, в жилой зоне. Это были апартаменты для Годжо, пока они были сыроваты и интерьер ничего не отражал, но в его силах было это исправить. Но пока, девушка проверяла входящие сообщения, а перед их глазами закрытая шахта турболифта, сменилась с определённого уровня небоскрёба застеклённой, открывающей им чарующий вид на закат, который сейчас царствовал над Финансовым дистриктом Корусанта.
Пока турболифт стремительно взмывал вверх, Годжо стоял, уперев ладони в стекло. Его спина была напряжена, но не от страха, а от сдерживаемого напряжения. Вид заката, окрашивающего металлические шпили и летающие потоки транспорта в багрянец, казалось, гипнотизировал его.
— Другой мир, — его голос прозвучал приглушенно, почти для себя. Он не сводил взгляда с бесконечного города. — Там, внизу, мы дрались за каждый угол, за каждый тёмный переулок. А здесь... Он повернулся к Сантии, и в его глазах читалась не робость, а холодная, аналитическая ярость. — Здесь вы сражаетесь за целые сектора, за потоки, которые даже не видите. И вы делаете это, глядя на закат.
Он отошёл от стекла, и его фигура в простой уличной одежде казалась чужеродным, опасным элементом в стерильной роскоши лифта.
— Эти апартаменты... Они будут моей новой клеткой? Или новой точкой опоры? — Его вопрос повис в воздухе. Он изучал её, пытаясь прочитать ответ не в словах, а в малейшем движении её лица. Весь его вид говорил: «Я принял твои правила. Но не думай, что я стал проще. Я просто сменил поле боя».
Но взгляд её необычных глаз, был прикован к монитору датапада, и казалось лик был совершенно непроницаем, словно бы эта маска топ-менеджера Интерстеллар Консалтинг, многократно укрепилась, когда Сантия оказалась в стенах Даркстар. Лишь на мгновение она замерла, и подняла холодный взгляд на мужчину. Но снова опуская взор к гаджету ответила ему.
— Думаю это будет зависеть от тебя, и того как ты переговоришь с боссом. Но это будет не проверка, сразу оговорюсь.
Она опустила руки с датападом, и снова посмотрела на Годжо, его вид не соответствующий окружающему пространству показался девушке немного комичным, и лёгкая тень улыбки коснулась её на мгновение.
— Я имею карт-бланш на кадровый проект, и это я тебя взяла на работу. Так что этот вопрос не будет обсуждаться. Но конкретные задания, в большей степени будут исходить от него. — Она держала датапад в опущенных руках, в ожидании дополнительных вопросов.
Её ледяная маска и мимолётная улыбка не ускользнули от его внимания. Он видел этот взгляд — взгляд хищницы, оценивающей добычу, но на мгновение увидевшей в ней что-то забавное. В ответ его собственные губы тронула едва заметная усмешка — не смущённая, а скорее вызывающая.
— «Карт-бланш», — медленно проговорил он, растягивая слово, словно пробуя его на вкус. — Значит, твоё чутьё тебя ещё ни разу не подводило. Рад это слышать.
Он сделал шаг вперёд, сократив дистанцию в кабине лифта. Его уличная одежда и его поза, полная небрежной уверенности, намеренно контрастировали со стерильной обстановкой.
— Хорошо. Задания от босса — это одна музыка. Но я буду работать на тебя, Сантия Каттер. — Его взгляд стал пристальным, почти гипнотизирующим. — Ты увидела во мне того «призрака». Ты разглядела что-то, заставившее тебя тратить ресурсы. Значит, именно ты — тот человек, с которым мне и предстоит разобраться в первую очередь. Остальное... технические детали.
Она слегка напряглась, глядя на Годжо, а когда он закончил говорить, турболифт добрался до нужной точки и после звукового сигнала открылся. Двери раскрылись в небольшое фойе, здесь было три двери к пустым апартаментам, где пока ни кто не жил, но была и ещё одна и она была приоткрыта, по ним Сантия поняла, что это тот самый вход, где только закончили подготовку. Внутри, были достаточно просторные двух-ярусные апартаменты: с комфортной кухонной зоной, душем с джакузи, просторным залом зоны гостинной и спальной зоны на втором ярусе, с небольшим столом под офис. Вокруг повсюду были панорамные окна, которые по желанию хозяин мог регулировать, с высокотехнологичными полимерными системами защиты от солнечного света. Конечно, как и в других апартаментах здесь был встроен вспомогательный Виртуальный Интеллект.
— Даркстар, сканирование нового хозяина апартаментов. — Сказала Сантия, и ей тут же отозвался металлический голос.
— Биометрические данные считаны. Новый хозяин зафиксирован и внесён в базы. Добро пожаловать мистер Годжо.
Как бы объясняя, Сантия развернулась к нему и сказала.
— Ты можешь всё регулировать, а в компьютере на втором ярусе можешь подобрать наиболее подходящий тебе интерьер.
Он медленно вошел в апартаменты, его шаги были бесшумными, как у хищника, исследующего новую территорию. Он не смотрел на панорамные окна или джакузи. Его взгляд скользнул по углам, оценивая пространство с точки зрения тактики — укрытия, линии обстрела, пути отхода. Голос «Даркстара» заставил его на мгновение задержаться, и в его глазах мелькнуло что-то острое, настороженное. Он кивнул, но не в ответ ИИ, а скорее самому себе, как бы отмечая новый факт: «Теперь я в системе». Когда Сантия объяснила ему про интерьер, он наконец перевёл на неё взгляд. В его глазах не было благодарности.
— Интерьер... — он фыркнул, и в этом звуке слышалась лёгкая презрительная усмешка. — Мне нужна не мебель, Сантия. Мне нужна цель.
Он подошёл к панорамному окну и встал спиной к сияющему закату, превратившись в тёмный силуэт.
— Ты привела меня сюда. Ты видишь во мне того «призрака». Так что не корми меня удобствами. Дай мне задачу. Первую задачу. — Его голос был тихим, но в нём звучала сталь. — Или твой босс, когда вернётся, увидит не нового агента, а человека, который уже неделю крутится в этой золотой клетке без дела. А я, должен тебя предупредить, от безделья начинаю ржаветь. И это... неприятно для окружающих.
Сантия нахмурилась, и покачала головой.
— Пожалуйста. Моя первая задача, помойся отоспись, приведи себя в порядок. О том, что я увидела мы поговорим позднее, я тебе это обещаю.
Её датапад пиликнул. Девушка посмотрела на него и прочитала сообщение, глаза её чуть расширились, и она договорила.
— Не надо спешить, всё решится быстрее чем ты думаешь. Только что, мистер Лайтгер, наш босс прилетел в систему. Пара часов и он будет здесь, и я представлю тебя.
Её слова о том, что нужно «помыться и отоспаться», вызвали у него лишь короткий, беззвучный смешок. Но последняя фраза заставила его застыть. Он не двигался, но всё его существо словно натянулось, как тетива.
— Пара часов, — медленно повторил он, и в его глазах вспыхнул тот самый огонь, который она видела раньше — огонь не терпения, а предвкушения перед боем. Он больше не был раздражённой дичью в клетке. Он стал охотником, затаившимся в засаде.
Сантия не переставала изумляться той чуйке, что жила в этом молодом человеке, но всё ж таки именно это качество помогало ему живым и здоровым пройти, через испытания с риском для жизни. Понимая это, девушка кивнула ему в ответ. Она знала, что владыка прочтёт быстро этого парня, и едва ли будет долго размышлять, почему она его выбрала. Вздохнув, Сантия лишь ответила.
— Скоро увидимся. — После чего покинула апартаменты Годжо, оставляя его здесь осваиваться.
Он не ответил на её прощание, лишь проводил её взглядом до закрытия двери. Когда они остались одни, в стерильной тишине апартаментов, его поза изменилась. Напряжение спало, сменившись сосредоточенным спокойствием.
Он медленно прошелся по залу, его пальцы скользнули по столешнице, оценивая текстуру, затем по холодному стеклу окна. Он не включал голографический интерфейс, не выбирал обстановку. Его взгляд был обращен внутрь себя.
Подойдя к панорамному окну, он уперся ладонями в стекло, глядя на бескрайний огненный океан города. В его отражении в стекле мерцали не огни Корусанта, а вспышки иных картин — лязг металла, запах гари и крови, свист клинков в кромешной тьме.
«...сказку...» — беззвучно повторили его губы.
Уголки его рта дрогнули в подобии улыбки — не насмешливой, а готовой. Он был похож на лезвие, извлеченное из ножен и замершее в ожидании удара. Золотая клетка перестала быть клеткой. Она стала плацдармом.
Он откинулся от стекла и направился в сторону душа. Приказ был ясен: привести себя в порядок. Он будет ждать. Но в его молчании теперь зрела не терпеливая ярость, а безмолвная мощь пробуждающегося воина, готового наконец узнать, зачем его разбудили.

Салеуками ======>

Дипломатический корабль Галактического Сената, отвозивший помощников проконсула Рэнсольма Кастерфо, вышел из гиперпространство, и активировав досветовые двигатели, он начал продвигаться к планете Корусант. Оказавшись в системе, Игнес незамедлительно оповестил своих топ-менеджеров о своём скором прибытии, направив сообщения, но ему было не до досужих разговоров, или любования видами планеты "Жемчужины Галактики" с орбиты. Сейчас, его мысли занимало странное воспоминание о чувстве, которое он испытал пару дней назад, когда их корабль был на дозаправке в одной из систем. Он явственно ощутил призыв, его вызывали смертные, но это было просто невозможно. Ибо Люцифер был убеждён, что ритуал который он сам разработал для смертных жителей Генхиннома, в эпохи предшествовавшие "историческим" эпохам Теллуриана, погиб вместе с самой вселенной Теллуриана. Он даже выяснил, из своих чувств откуда был сделан призыв, но не веря самому себе, он на борту включил проектор голографической краты галактики, и приближая по мере своего ощущения, вновь и вновь воспроизводя его в памяти, опять пришёл туда же, к Земле (Терре).
Узнав об этом, Игнес незамедлительно связал этот вызов с недавней своей встречей с древней и могущественной фейри, на планете Бакура. Она представилась сотрудником Инквизиции, структуры о котором в открытых источниках практически ничего. Но из обрывков свидетельств было ясно, что это некая секретная служба, занятая вопросами безопасности Империума Человечества. Но зачем они совершили этот призыв, положим ритуал найти они могли, но зачем дали его смертным, единственным кто способен использовать в себе искру света творения, чтобы воздействовать, дали им язык, текст. Быть может думали, что он незамедлительно явится, и таким образом заманить его на Терру? Но зачем? Этот вопрос, не оставлял покоя как и то, кто-же стоял в тени людей призывавших его сквозь колоссальные звёздные просторы. В любом случае, Люцифер не явился и только лишь потому, что сам ритуал подсказал ему намерения призывающих, они не были чисты и бескорыстны. Эта тонкость, позволяла Принцу Падших отдавать себе отчёт, отвечать на призыв или нет, стремиться к призывающим или нет, заранее. И это был не тот случай.
Сквозь атмосферу Корусанта, их небольшой транспортный звездолёт, оставив сопровождение пролетел "зелёным коридором" в Сенатский округ, к вип-площадкам. Летя в ту сторону, мистер Лайтгер заказал себе машину из автопарка Даркстар. Чёрный аэроспидер прибыл незамедлительно, и забрал шефа. Рассматривая огни Корусанта в ночи, Люцифер размышлял о делах которые творились здесь. Впереди уже сияла мраком чёрная башня Даркстар. На посадочной площадке, куда шофёр плавно приземлил аэроспидер, уже стояли две демонессы, его "Алая" и "Чёрная Королевы", Макима и Ильмаре встречали своего руководителя. Выйдя из авто, Люцифер улыбнулся девушкам. Воздух на верхних уровнях был свеж и даже немного прохладен. Взглянув вверх, он заострил взор на шпиле небоскрёба вынашивая мысль когда-нибудь построить нечто большее. Его дивы топ-менеджеры, были в роскошных вечерних, облегающих платьях, чёрное было на мадам Милентариси, алое у Сантии Каттер, но обе смотрели с одинаковым обожанием и верностью, на него.
— Благодарю, за столь торжественную встречу — сказал он, ни без иронии в голосе, и направился вперёд к центральному входу в здание, а дивы заняли места за его спиной справа и слева, идя с боссом в ногу они эффектно пересекли фойе, что располагалось у вип-площадок. По дороге мистер Лайтгер приветливо кивнул метродотелю, и работникам ресепшена, когда наконец со своими топ-менеджерами, он не добрался до особого турболифта. Они поднимались вверх, и Люцифер наконец нарушил молчание.
— Вы должны знать, есть кто-то ещё прибывший из Теллуриана, либо... либо кто-то кто был здесь, мне это пока неизвестно, но есть кто-то кто знает древний Небесный язык. Ритуал моего собственного производства был произведён на Земле, пару дней назад. Той самой Земле. Какие-то смертные, судя по их мотивации, даже не понимающие что они творят, пытались воззвать ко мне и призывать меня. Возможно нас заметили, имейте в виду мои дорогие.
— Мы можем что-то предпринять в связи с этим, владыка? — Спросила Макима, но Князь Тьмы лишь покачал головой.
— Не в этот раз, Империум под покровительством фейри... как минимум фейри. Не знаю кто там обосновался. Поэтому пока, давайте завершим начатое здесь....
Двери турболифта открылись, и троица вышла в зону где были только одни апартаменты, это личные апартаменты мистера Игнеса Лайтгера. Разместившись в своём кресле у длинного панорамного окна, он постучал пальцами по столу размышляя о произошедшем. Это было предчувствие. Вокруг было пусто, его кабинет представлял из себя овальное пространство с гладкими формами, превалирующим белым цветом, креслом и закругляющимся столом, также без острых углов. В стороне на стене был экран, где можно было проводить демонстрации наглядных пособий, во время планирования операций.
— Мисс Каттер... — Брови Игнеса чуть приподнялись вверх, и девушка тут же опешила.
— Да, конечно. — Она набрала команду для ВИ Даркстара, и вскоре в апартаментах Годжо оживился ВИ, который позвал его проследовать к турболифту, и нажать кнопку пентхауса, с гравировкой звезды.

Турболифт был бесшумен, как и всё в этой башне. Годжо стоял посреди кабины, неподвижный, словно изваяние. Два часа ожидания не прошли даром. Он не просто помылся и переоделся в простую, но качественную черную одежду, найденную в гардеробе — он провел инвентаризацию самого себя. Собрал по крупицам ту самую «легенду», того «призрана», которого разглядела в нем Сантия. Его ярость, его цинизм, его сила — всё это было убрано с поверхности и спрессовано в плотный, холодный шар где-то в глубине. Снаружи осталась лишь настороженная, почти ленивая готовность. Лифт остановился. Двери раздвинулись беззвучно. Пространство, в которое он вошел, было полной противоположностью его собственным апартаментам. Строгий, почти стерильный минимализм. Белый цвет, плавные линии, ни намёка на лишние детали. И в центре этого всего — он. Тот самый «мистер Лайтгер». Годжо не стал ждать приглашения. Его походка, бесшумная и небрежная, нарочито нарушала безупречную гармонию помещения, когда он пересек комнату и опустился в кресло напротив. Он не откинулся на спинку, а сидел прямо, положив расслабленные руки на подлокотники. Его пронзительные голубые глаза, теперь полностью открытые, изучали хозяина кабинета с безмятежным, почти отстраненным любопытством. В них не было ни подобострастия, ни вызова — лишь чистая, нефильтрованная оценка. Он не сказал ни слова. Он просто ждал. Его молчание было таким же весомым, как и любая пространная речь. Оно говорило: «Я здесь. Ты меня позвал. Теперь твой ход. Удиви меня».
Мистер Лайтгер, блондин с короткой аккуратной стрижкой, едва заметным шрамом на лице, но чрезвычайно лучезарной улыбкой подкреплённой, мощнейшей аурой своего присутствия (лор Сияния, Легендарная Аура), гладко выбрит, лёгкая улыбка, дорогущий чёрный деловой костюм однако расстёгнутый на груди открывающий место белоснежной сорочке, с чёрным кантом, также расстёгнутой для свободы шеи. Небольшой белоснежный платок из нагрудного кармана, спокойная и совершенно уверенная в себе поза в кресле, он изучающе разглядывал своего гостя. Стоявшие в стороне от стола, словно бы в ряд девицы в вечерних платьях замерли в ожидании, Макима изучающе смотрела на владыку, а вот Ильмаре изучающе осматривала гостя, которого не видела до сего момента. Он ей казался, весьма сексуальным и в мыслях уже закралась идея пригласить этого молодого мужчину к себе в клуб, впрочем всё теперь зависело от Принца Тьмы, и его решения. Молчание воцарилось, но тут же и было нарушено Люцифером который посмотрел вдруг на Сантию и с улыбкой сказал.
— Если бы у этого, молодого человека ещё и были волосы цвета огня, поразительно... — и снова его взгляд вернулся к смертному — и всё же Годжо, мне кажется для столь перспективного, сильного и уже не в малой степени опытного человека, одного такого имени мало, вы не находите? Но прежде, полагаю я должен представиться, Игнес Лайтгер, занимаюсь тут .... консультированием.
Годжо не моргнув глазом воспринял и ауру, и роскошь, и двух женщин-охранниц. Взгляд его на мгновение скользнул по знакомому лицу Сантии, затем перешел к незнакомке — той самой с обложек, чье лицо он мельком видел на голорекламах. Ее оценивающий взгляд он поймал и тут же отпустил, не дав зацепиться. Все его внимание было приковано к человеку в кресле. Комментарий о волосах цвета огня вызвал в его памяти лишь мимолетную тень — образ высокого мужчины с рыжими волосами, мелькнувший и растаявший, как дым. «Не мои воспоминания», — мелькнуло у него в голове, но на лице не дрогнул и мускул. Он позволил себе небольшой, почти невесомый кивок, когда Игнес представился. В его глазах промелькнула искорка иронии.
— Консультированием. — Он произнес это слово медленно, будто пробуя его на вкус, и легкая усмешка тронула уголки его губ. — Понятно. Значит, вы тот, кто даёт советы... и, судя по обстановке, их ещё и слушают. Что ж, Игнес Лайтгер, признаю — впечатляет. А насчёт имени... — Он слегка откинул голову, его взгляд стал острее.
— Вы правы. «Годжо» — это то, что осталось от того парня с улиц. Мне кажется, для человека, который теперь «консультируется» в таких стенах, этого может быть... маловато. Но новое имя, как и новую легенду, нельзя просто взять с полки. Его нужно заработать. Или оно должно быть дано тем, кто понимает его вес. Так что, полагаю, вопрос не в том, достаточно ли мне «Годжо», а в том, какое имя вы готовы предложить.
От слов парня Игнес очарованно расплылся в улыбке, говоря после:
— В тебе я вижу огромный потенциал, и уверен что ты можешь справится с большим, чем даже мисс Каттер могла себе представить. — Короткий взор в сторону Макимы, лишь не на долго оторвал его взгляд от глаз Годжо, и после он продолжил.
— В нашей корпорации, такой человек может творить вещи, недоступные даже политикам на высоких должностях, и я сейчас говорю о масштабе влияния на развитие всей цивилизации, у нас расширенная сеть связей, бизнесмены, политики, крупные криминальные синдикаты, военные, судьи и прочая прочая прочая, и вот у меня вопрос к тебе, мой юный друг. Как ты думаешь, как можно создать столь сложную сеть, как можно соединить в единомыслии сенаторов, влиятельных сенаторов с совершенно разными интересами, и главное политическими воззрениями? Что за сила, должна стоять за всеми этими невероятными совпадениями?

Годжо слушал, и что-то странное начало происходить. Слова Игнеса звучали не просто убедительно — они резонировали. Ощущение было похоже на прилив адреналина перед самой ожесточенной схваткой, только без страха, лишь с чистой, кристальной ясностью и уверенностью, что любая стена может быть разрушена, любая вершина — взята. Он почувствовал, как границы его собственного разума начали расширяться, открывая головокружительные перспективы. Он видел связи, сети, рычаги влияния — не как абстрактные вещи, а как живую, дышащую систему, которую можно понять, построить и направить. Но в самой глубине, за пределами этого искусственного вдохновения, тлела искра его собственного, неукротимого «Я». Она не гасла, а лишь наблюдала, холодная и отстраненная. И когда Игнес задал свой вопрос, ответ родился на стыке этого божественного озарения и внутреннего, циничного стержня Годжо.
Его голос прозвучал тихо, но с новой, металлической нотой, обретенной под действием внушения.
— Сила? — Он усмехнулся, и в его глазах вспыхнуло острое понимание.
— Это не сила. Это искушение.
Он медленно поднял руку, его пальцы будто очерчивали невидимые связи в воздухе.
— Вы не соединяете их. Вы находите то, что уже связывает их, даже если они сами этого не осознают. Общий страх. Общее желание. Общая... слабость. Его взгляд стал пронзительным, почти ясновидящим. Вы не заставляете их мыслить одинаково. Вы показываете им, что их собственные мысли, их самые сокровенные желания, ведут к одной и той же точке. К вам. И тут его собственная, неискоренимая природа прорвалась сквозь чары, добавив в его слова леденящий душу цинизм.
— А потом... вы просто напоминаете им, насколько болезненно и одиноко может быть, когда эта связь обрывается, и они снова остаются наедине со своими маленькими, никому не нужными амбициями.
Слова Игнеса, как раскаленный клинок, пронзили искусственную ясность в его сознании. Они не опровергали его догадку — они возводили её на новый, немыслимый уровень. Обычные смертные... не достигали такого. История, со всей её грязью и насилием, была тому доказательством.

И тогда осколки чужих воспоминаний, всплывшие ранее, сложились в единую, пугающую картину. Рыжие волосы. Искаженные лица в темноте. И... лезвие. Не металлическое, а сотканное из чистой, безжалостной воли. Лезвие, которое режет саму реальность. Он поднял взгляд на Игнеса. В его глазах не было страха. Было холодное, безжалостное понимание. Искра его «Я» больше не тлела — она вспыхнула, поглощая искусственное вдохновение и превращая его в собственное, леденящее откровение. Его голос стал тише, но каждое слово обрело вес разрезаемой истины.
— Потому что это не политика. И даже не Сила, как они её понимают. — Он медленно поднял руку, не очерчивая связи, а сжимая пальцы в кулак, будто в руке у него была невидимая рукоять. Это что-то... более старое. Более острое. Его взгляд стал пустым, уставившись в пространство за спиной Игнеса, видя то, что недоступно смертным.
— Они нащупали кирпич... а ты держишь в руках весь чертёж. Реальность... она не просто есть. Её можно переписать. Словом. Желанием. — Он перевел взгляд обратно на Игнеса, и в его глазах горел холодный, почти демонический огонь осознания. — Ты не соединяешь их. Ты меняешь мелодию, под которую они танцуют, и они даже не понимают, что теперь движутся в такт твоей воле.

— Да... — на мгновение, голос Князя Тьмы стал убаюкивающим, но глаза его мелькнули ярко алым оттенком — О Макима, ты нашла не просто самородок. Этот юноша будто бы соткан нитями природы, чтобы повторить то что было на горе Хермон.
И вот он поднял руку и голос его уже стал совершенно иным, но абсолютно серьёзным и чистым.
— Но как обычно, перед тобой есть выбор, ибо ты разумное существо, ты человек в ком сияет искра мудрости, которую мы так хотели в вас видеть, что сотрясли законы мироздания древности. Ты волен забыть всё, что здесь было имена, лица, адреса, одно твоё слово и я очищу твою память, и ты заживёшь обычной человеческой жизнью дальше, быть может чтобы не быть совсем уж сволочами — он иронично улыбнулся — мы создадим тебе хороший счёт в банке, так чтобы ты мог жить на Средних уровнях, или даже на более благополучной планете. Или...
— По слову твоему, человек я открою в тебе врата высшему сознанию, ты пройдёшь через алхимическую трансформацию своей души, и даже мне неведомо чем это закончится, чьё сознание победит в конце, или быть может вы договоритесь, но твой разум, искры, слепки, отпечатки чужого что ты мог ощущать, это слепки того самого сознания, которое придёт. Ты будешь знать Его, и он будет знать Тебя, и вместе лишь вы составите подлинное Я. Вот тогда ты поймёшь до конца, какие возможности откроются перед собой.
Демонесы стоящие рядом, аж затаили дыхание от происходящего, и жадно смотрели на Годжо, в ожидании его ответа. Их собственные призывы выглядели иначе, девушки которые впустили в себя инфернальные сущности, были на грани, Годжо же был на пике. Но так ли это было на самом деле, каждая из них теперь могла лишь гадать, наблюдая игру Люцифера.
Тишина в стерильном кабинете стала густой, как смола. Воздух трещал от напряжения. Два пути, предложенные ему, висели в пространстве, словно реальные, осязаемые двери. Одна — теплая, серая и безопасная. Забвение. Комфортная жизнь. И медленная, мучительная смерть того, кем он был — воина, призрака, существа, чья воля всегда была его главным оружием. Умереть, даже не помня, что ты жил по-настоящему. Вторая — боль, риск, растворение. Возможность не просто стать сильнее, а превзойти саму концепцию силы, которую он знал. Стать чем-то большим, чем человек. Цена — его «Я». Его прошлое, его боль, его гнев — всё, что делало его Годжо. Он видел горящие взгляды женщин. Он видел бездну в глазах Игнеса. И в этот миг он понял главное: первый выбор был ложным. Для такого, как он, забвение было бы не милостью, а самым изощренным наказанием. Его собственный, неистребимый цинизм, его голод к силе, его презрение к ограничениям — всё это слилось в единый, огненный шар решимости. Он не боялся потерять себя. Он всегда был готов сжечь старое, чтобы родиться в новом огне. Годжо медленно поднял голову. Его лицо было спокойно, но глаза горели холодным, абсолютным пламенем, отражая алый отблеск в глазах Игнеса. В его улыбке не было ни тени сомнения, лишь стальная, почти вызывающая уверенность.
— Забыть? — Он фыркнул, и в этом звуке было больше презрения, чем страха — Я предпочитаю помнить. Даже если это будет последнее, что я сделаю как «я». Очищение памятью... это для слабаков, которые боятся своего прошлого. А я... я свой страх съел давно.
Он сделал шаг вперёд, его взгляд приковался к Игнесу.
— Ты говоришь о высшем сознании. О силе, которая меняет реальность. Ты предлагаешь мне не просто власть над людьми... а власть над самой тканью бытия. — Его голос стал тише, но каждое слово било точно в цель. — Как я могу отказаться от такого? Даже если цена — это я сам.
Он расправил плечи, и всё его существо выражало готовность принять вызов.
— Так что хватит вопросов. Покажи мне эти «врата». Пора заключать сделку.
— Да будет так — очи Люцифера вспыхнули пламенем, и демонессы опустили головы когда он встал и обойдя стол, подошёл к Годжо. — Очень скоро, ты обретёшь понимание многих вещей, и того кто стоит перед тобой сейчас. Перед этим должен предупредить, сознание коему миллиарды лет, твой мозг не осилит всё и сразу, поэтому память будет периодически приходить. Часто, это будет происходить во снах. Но некоторые основополагающие грани происходящего, будут в твоей памяти выжжены калёным железом. Ах...— Люцифер сделал паузу, оглядываясь — как говорил один мой знакомый поэт, пару тройку сотен лет назад, "Остановись мгновенье ты прекрасно"!
После этого, Игнес пожал руку Годжо, вторую же он возложил ладонью на его лоб, так чтобы глаза Годжо были укрыты, а потом девушки сели на колена, склонив головы, когда Люцифер произносил сакральное имя, истинное имя. Макима знала его, но в ней не было столько сил, сколько было у Принца Ангелов, Первого из них, и Первого из Падших, ибо только он мог вызывать из Бездны, в подготовленный сосуд своих слуг. Для сознания Годжо в этот миг, Вселенная развернулась и свернулась в один миг, он стал видеть картины, которые могли показаться абстрактными, дыхание вселенной, разлёт квантовых частиц, эволюция видов, круговороты воды в природе и медленное изменение веществ в глубинах недр земли, алхимия коей миллионы лет, тщательно выверенная и сконструированная искусстниками, творящими вселенную, тысячами, сотнями тысяч духов, один из которых великий мастер, рвался он был уже здесь, а слепки его сознания были при Годжо от самого рождения. В сознании человека появился огромный образ существа, это будто бы был человек но высоченный ростом, он был нечеловечески силён и красив, копна длинных рыжих волос свисала по его спине и могучим плечам, глаза его сияли расплавленным железом, жаровнями и самим процессом творения произведений искусства. Учитель Людей - пронеслось одно из имён, и после шли другие, сотни, тысячи имён которыми его наделяли соратники, Ангелы и смертные, что были рядом. Он видел акты творения, обучения, наслаждения и любви, любви той самой что мощной лавиной ворвалась в душу сего человеческого тела.
— Азаэль... — голос, это был голос Игнеса...нет, истинные имена того, кто возложил длань на его лицо пронеслись, Владыка, Принц Ангелов, Повелитель Генхиннома, Предводитель Легионов, и в том числе своего Кровавого Легиона, и он был его полководцем, одним из первых после самого Люцифера, тем кто вёл полчища Кровавого Легиона, защищая тех кого он любил, людей ради которых они все Пали, и которых теперь защищали то от Небесного Воинства, то от тварей из слоёв реальности, соткавших ужасных монстров, или из других откуда явились фэйри искусители людей. Он был кузнецом, он ковал оружие, и великолепные творения, он обучал людей не только войне и защите, но ещё и тому как делать то что умели они люди, поистине мастерски, как воплощать их задумки, как воплощать то, что они творили будучи Творцами - с большой буквы.
— Узза, Азаэль...— тело мужчины, которого словно бы вечность назад, называли Годжо само по себе преклонило колено перед тем, кто стоял здесь. Отнюдь не перед каким-то корпоративным воротилой, но перед Принцем в которого до сих пор Азаэль верил, и которому был признателен глубоко, за то что тот нашёл способ вызволить его из Бездны.
Сознание Годжо не было стерто. Оно стало сосудом, в который хлынул океан. Океан воспоминаний, силы, боли и любви, столь всеобъемлющей, что она сжигала дотла его человеческие страхи и сомнения. Он не был уничтожен — он был поглощен и возвеличен. Образ рыжеволосого гиганта, Кузнеца, Учителя, Полководца, не был чужим. Он был... возвращением домой. Каждый удар молота по раскаленному металлу, каждый урок, преподанный первым людям, каждое сражение в кромешной тьме за тех, кого он поклялся защищать — всё это было его собственной жизнью, от которой его оторвали. Имя «Азаэль» отозвалось в каждой клетке его существа, как единственно верный аккорд. Оно было его сутью, его титулом, его клятвой. Когда его тело, движимое глубокой, мышечной памятью, преклонило колено, это был не жест подчинения. Это был акт признания. Возвращения долга. Воссоединения с тем, ради кого он когда-то повел в бой весь свой Легион. Голос, который прозвучал из его уст, был на стыке двух реальностей — хриплый шепот Годжо и низкий, мощный тембр Азаэля, проступающий сквозь него, как сталь сквозь ржавчину. Голос дрожал от нахлынувших чувств, но в нем уже чувствовалась стальная воля.
— Мой... Принц. Ты... нашел меня. — Он поднял голову, и в его глазах, всё ещё голубых, пылали теперь отражения далеких кузниц и полей сражений Генхиннома. Я... помню. Я помню всё.
Тело Люцифера, тот хост что свято верил в его первопринцип проявился в том, что увлажнил глаза самого Принца Тьмы, он улыбнулся улыбкой того, кто встретил старого друга убирая от него свои руки.
— Азаэль. — Он посмотрел на Макиму, и тело той вовсе отзывалось и резонировало, из её глаз слёзы хлестали с неистовой силой. Увидев в глазах владыки позволение проявить эмоции, она сказала не громко, едва дрожащим голосом.
— Азаэль — она вспоминала их битвы, как была рядом с ним и в человеческом обличье и даже зверем рабису, как спасала его от гибели и помогала выбраться из окружения.
— Вот кто тебя нашёл — прокомментировал Люцифер. В этот момент, видя свою теперь уже подругу со столь необычной стороны, Ильмаре улыбнулась их дружба, подлинная, древнейшая дружба страшно тронула её саму, и она положила руку на плечо Макимы, демонстрируя радость. На некотором пласте реальности, нереида в Ильмаре ликовала от лицезрения столь яркой, и красивой эмоции, от столь красивого узора дружбы, между двумя ангельскими созданиями. Макима посмотрела на владыку, взглядом полным признательности и бесконечной благодарности.
Азаэль медленно поднялся с колена. Движение было плавным, исполненным новой — или, вернее, древней — грации, скрывающей нечеловеческую мощь. Его взгляд, всё ещё несущий в себе остроту Годжо, но теперь обогащенный мудростью эонов, перешёл с Люцифера на Макиму. В её слезах он увидел не слабость, а отражение их общей истории — шрамы битв, горечь потерь и несокрушимую верность, пережившую падение целых миров. Уголки его губ дрогнули в едва заметной, но безмерно тёплой улыбке, предназначенной только ей. В этом взгляде была благодарность, признание и обещание: «Я помню. И я вернулся». Затем его внимание переключилось на Ильмаре, на её руку на плече Макимы. Он видел её сущность — водную, изменчивую, и оценил красоту её искренней реакции. Его кивок в её сторону был краток, но полон уважения к той радости, которую она проявляла за его товарища. Наконец, его взор вернулся к Люциферу. И здесь его выражение стало другим — не мягким, а острым, готовым к работе. Память вернулась, а с ней — понимание масштаба их вечной войны. Сентиментальность была роскошью, которую они не могли себе позволить надолго. Его голос, всё ещё привыкая к человеческим связкам, звучал низко и собранно.
— Владыка. Память — это меч, но он бесполезен без текущей цели. Он окинул взглядом стерильный кабинет, видя сквозь него всю сложную паутину влияния, которую они начали плести на Корусанте.
— Каков наш следующий шаг?
Люцифер смотрел на встречу старых друзей с подлинным восхищением, он тоже что-то вспоминал из тех, древнейших событий, что происходили уже совсем непонятно на каких пластах реальности. Но вот, Азаэль выразил готовностью к бою и Принц ответил.
— Ты прав. Не нам мешкать, но ты должен кое что знать, тот мир... та альтернативная ветвь реальности, в которой мы сейчас оказались, носит на себе отпечаток иного сотворения, не такого как мы помним. Нас вывернуло, и перебросило по неизведанным тоннелям Великой Бездны туда, где нет привычных нам врагов. Здесь вообще почти никого нет, лишь недавно за два года текущего времени, я встретил всего пару фейри. И прежде всего, мы накапливаем силы, собираем знания об это мире и вселенной, и сплетаем клубок влияния. Пойдём, я расскажу тебе как здесь всё устроено, какие страны, какие миры, какие правители смертных ныне живы. — Он взял Азаэля за плечо, и они пошли к турболифту, а вслед за ними шли Макима и Ильмаре. Далее, они спустились в секцию скрытого от лишних глаз помещения, с мягкими диванами, и тайным ходом ведущим прямо в клуб "Бархатная Преисподняя", здесь пока Ильмаре отправилась распорядиться о еде и питье, всё же собравшиеся инферналы были в людских телах, Люцифер начал просвещать своего воителя и мастера. Впереди было много часов объяснений...