Япония

[Sven]

Тогда поехали пиши пост продолжим игру Солнечный свет, преломляясь через силовое поле VIP-коридора, играл бликами на идеально отполированном паркете бутика. Марин примеряла очередное платье с проекцией танцующих колибри, когда её взгляд скользнул за прозрачный барьер. В толпе, среди обычных фанатов, выделялась одна фигура. Молодой человек в строгом, но безупречно скроенном стально-сером костюме цвета марсианской пыли стоял чуть в стороне, не пытаясь прорваться вперед и не скандируя. Его руки были спрятаны в карманах, поза была расслабленной, почти небрежной, но осанка выдавала военную выправку. Он не сводил с неё светлых, внимательных глаз. Когда их взгляды встретились, он не отвел своего, лишь слегка, почти неуловимо, коснулся пальцами козырька невидимой фуражки в полу-шутливом, полу-почтительном жесте. На миг показалось, что уголки его губ дрогнули в намёке на улыбку. Севилья Мэй, стоявшая спиной к толпе, мгновенно уловила изменение в поведении своей подопечной. Она плавно развернулась, и её взгляд, холодный как лазерный прицел, нашел цель. Её лицо осталось каменным, но правая рука незаметно опустилась к скрытой кобуре у бедра. Незнакомец, заметив движение начальницы охраны, медленно, демонстративно поднял пустые ладони, развернув их — жест, показывающий отсутствие оружия и мирные намерения. Но он не отошёл, продолжая смотреть на Марин, будто предлагая немой вызов этой всей показной безопасности. — Кто это? Спросила Марин, зная что Севилья уже однозначно отсканировала его лицо, по базам данных. — Тассило Эгон Максимилиан фон Фюрстенберг, — голос Севильи был низким и ровным, но в нём слышалась твёрдая сталь. Её имплант проецировал голографическую справку прямо на сетчатку, данные бежали строчками в углу её зрения. — Второй сын принца Александра Эгона фон Фюрстенберга, губернатора системы Киммерия. Член Цецилиенхофского клуба. В досье значатся… светские рауты, управление рядом винодельческих и медиа-активов семьи. Никаких прямых угроз, но связей с нашим холдингом не имел. Она сделала едва заметную паузу, анализируя его поведение. — Позиционируется как церемониальная фигура. Но выправка… указывает на серьёзную военную или охранную подготовку. Рекомендую игнорировать. Его присутствие здесь не случайно. Тем временем, молодой принц медленно опустил руки, но его взгляд, полный спокойного любопытства и едва уловимой насмешки, по-прежнему был прикован к Марин. Он сделал шаг в сторону, растворяясь в толпе, но не как тот, кого спугнули, а как человек, закончивший демонстрацию. Через три секунды на личный коммуникатор Марин, минуя корпоративные фильтры, пришло уведомление — простая геометка с координатами и временем: «может через 5 минут за столиком ресторана "Юруми" на крыше?». Сообщение самоуничтожилось сразу после прочтения. Марин внимательно прочитала сообщение и ответила. — Ну, лёгкий второй завтрак мне не повредит, а налаживание связей это моя профессия. Идём. Она выбрала пару новых юбок, которые теперь покупались, и направилась к оному ресторану.
Севилья Мэй не стала спорить, но её челюсть слегка напряглась. Словно по невидимой команде, два её оперативника растворились в толпе, направляясь к служебным лифтам, чтобы опередить их и зачистить крышу. Остальные сомкнули строй, сопровождая Марин к частному лифту бутика, ведущему прямо в ресторанный комплекс.
Лифт поднялся бесшумно. Двери открылись в тихий, элегантный мир «Юруми». Стёкла от пола до потока открывали панораму небоскребов Токио, а в центре зала журчал минималистичный каменный фонтан. Было всего несколько столиков, и у дальнего, спиной к стене и лицом ко входу, уже сидел Тассило. Перед ним стояла чашка черного кофе, нетронутая. Рядом на стуле лежал его плащ. Охранники Марин заняли позиции у входа, у фонтана и у служебной двери, создавая невидимое, но плотное кольцо. Севилья осталась в шаге позади своей подопечной, её взгляд прикован к принцу.
Тассило не встал, но кивнул с той же полу-игривой, полу-почтительной манерой. Его глаза, теперь вблизи, оказались холодного серо-голубого оттенка, как лед на стали.
— Марин-сама, — его голос был тихим, бархатистым, с едва уловимым акцентом, ставившим ударения не совсем так, как у коренных японцев. — Благодарю, что почтили. Кофе «Юруми» исключителен, но я рискнул предположить, что вы предпочтёте что-то более… зрелищное. Официант уже несёт ваш «Рассвет на Фобосе».
Девушка весело улыбаясь села напротив и кивнула. — Благодарю Тассило-сан. Не было нужды делать вид, что она не знала кто он, в их мире это было бы скорее моветоном. С точки зрения же безопасности, она знала что Мэй уже несколько раз отсканировала напиток, который нёс официант на предмет всего, что было известно. — Какими судьбами в Японии? Спросила Марин.
Официант, молодой человек с безупречно непроницаемым лицом, поставил перед Марин высокий бокал, внутри которого переливались слои розового, оранжевого и золотого, с медленно поднимающимися вверх пузырьками-голограммами, имитирующими восход. Севилья одним взглядом сверила показания своего импланта — чистый коктейль, приготовленный на глазах у её агента у бара.
— Судьбами… — Тассило повторил слово, слегка растягивая гласные, как будто пробуя его на вкус. Он отхлебнул кофе, не сводя с неё глаз. — Гораздо более прозаическими. Семейный долг. Винный аукцион в Йокогаме. Мой отец считает, что молодое поколение должно знать не только цену, но и запах старой земли. — Он слегка усмехнулся, и в этой усмешке сквозила тонкая усталость от предписанных ролей. — Но я, признаться, сбежал с него при первой возможности. Куда интереснее наблюдать за настоящим искусством. Ваш косплей на Мадоку из «Мятежного Лепестка» был… технически безупречен. И смел. Не многие решатся на такую трактовку канона.
— О вы следите? Удивлённо спросила девушка, но тут же ответила. — Я вдохновлялась цезариной Фемидией, она сама собой подталкивает на откровенность и смелость, в таких вещах.
В глазах Тассило на миг мелькнул неподдельный, живой интерес, сменив светскую маску.
— Цезарина… — он произнёс титул с почтительным оттенком, но без подобострастия. — Да, её стиль… не оставляет равнодушным. Смесь абсолютной власти и эстетической дерзости. Это редкое сочетание. — Он отставил чашку, пальцы сложились в замок на столе. — Но подражать внешности — одно дело. А вот уловить и передать этот самый дух откровенности… это уже высший пилотаж. Вы правы, это очень смело. Особенно для дочери Сабуро Арасака, чья компания, как я слышал, ценит скорее… сдержанную эффективность.
Его слова не были выпадом. Скорее, констатацией факта, произнесённой с лёгким, изучающим любопытством. Он будто проверял, как она отреагирует на упоминание отца и его ожиданий. Взгляд Севильи, стоявшей за стулом Марин, стал ещё более острым, но она оставалась недвижимой, как статуя.
Севилья Мэй заметила отдельно стоящих, подобных ей самой стражей не бросающихся в глаза, кроме как своей северо-европейской внешностью. Очевидно охрана юного члена Цецилиенхофского клуба. — Мой отец прекрасно понимает, значимость и необходимость вовлечения в молодёжные тренды, именно поэтому мы де-факто монополизировали аниме-студии. В этом он видит силу нашей культуры. Мягкую силу.
Тассило слегка склонил голову, признавая её точку зрения, но в его взгляде читалась ирония, обращённая внутрь его собственного мира.
— Мягкая сила… — он повторил, как бы взвешивая термин. — У вашего отца, безусловно, стратегический ум. В нашем клубе тоже ценят силу традиций, но… — он сделал паузу, бросив быстрый, почти невидимый взгляд на своих людей, замерших у колонн, — иногда кажется, что мы больше озабочены сохранением фасада, чем созданием чего-то нового. Ваш блог, ваши образы — это и есть та самая новая форма влияния. Гораздо более заразительная, чем любое дипломатическое коммюнике.
Он отпил ещё глоток кофе, его палец бесшумно провёл по краю фарфоровой чашки.
— Это восхищает. И вызывает вопросы. Например, как далеко может зайти «мягкая сила», прежде чем ей придётся столкнуться с… жёсткой реальностью? — Его голос стал тише, интимнее, предназначенным только для её ушей, несмотря на присутствие двух боевых отрядов вокруг.
Его вопрос несколько озадачил Марин, но не смутил. — Жёсткой реальностью? Этим больше занимаются старшие братья, или сам папа. Ответ был очевиден, в семье Арасака, даже среди детей сферы работы, были чётко поделены, Кэй де-факто был первым заместителем Сабуро занимаясь активами на Земле и по Галактике, Ёринобу, занимался новинками и планетами Солнечной системы, интересуясь больше новыми доступными технологиями, Ханако была оплотом утончённой и той самой сдержанной элегантности, финансируя традиционные фестивали и эвенты связанные с высоким искусством, Марин же была лицом для сетевых, вирусных и креативных акций направленных на молодёжь.
Услышав структурированный ответ, Тассило позволил себе более открытую улыбку, в которой смешались понимание и некая доля зависти.
— Идеально отлаженный механизм. Каждый винтик на своём месте, — он произнёс это без осуждения, скорее с профессиональным интересом технократа. — В Доме Фюрстенберг… такое чёткое разделение редко возможно. Там слишком много зависит от старшинства, фамильных мифов и личных амбитий. Второму сыну, как вы понимаете, часто приходится самому выковывать себе роль. Между церемониальными обязанностями и… другими возможностями.
Он отодвинул пустую чашку и выпрямился, его взгляд стал более прямым, оценивающим.
— Это приводит меня к реальному поводу моего несколько театрального появления. У меня есть предложение. Не для корпорации Арасака и не для вашего отца. Конкретно для вас, Марин-сама. Как для эксперта по «мягкой силе» и самому узнаваемому лицу молодого поколения в Империуме. Возможно, нам стоит обсудить его в более приватной обстановке. — Его глаза на мгновение скользнули в сторону Севильи, а затем вернулись к Марин. — Я гарантирую безопасность. Моё слово для людей моего круга — не пустой звук.
— Мы можем провести переговоры в пентхаусе "Минато". Идеальные условия для проведения очных переговоров между крупными корпорациями. Ответила девушка столь же оценивающе глядя на него.
Сдержанная, но одобрительная усмешка тронула губы принца. Он явно оценил её знание географии корпоративной власти.
— «Минато»… — кивнул он. — Золотой треугольник корпоративного Токио. Весьма достойный выбор. Дом Фюрстенберг, конечно, не так представлен в Японии, как ваш холдинг, но для переговоров такого уровня я могу обеспечить участие необходимых персон из клуба. — Он поднялся со стула, его движения были плавными и экономичными. Его собственная охрана синхронно пришла в лёгкое напряжение, готовясь к манёвру. — Учитывая… деликатность возможных тем, я бы предложил ограничить свиты. Моя — до двух человек. Ваша… на ваше усмотрение, конечно. — Его взгляд снова мельком коснулся Севильи, признавая в ней не просто тень, а реальную силу. — Скажем, завтра в девять вечера? Я позабочусь о протоколе.
— Договорились. Кивнула Марин. После чего они разъехались. Остаток дня, она провела вернувшись в свои апартаменты в здании, выполненном в традиционном стиле, задавая указания подчинённым структурам. А на следующий день, подобрав черное платье с вырезом на груди и бантиком на шее снизу оканчивающееся на бёдрах. На ней также были надеты черные носки и туфли-лодочки с ремешком и синим носком. Когда они прилетели на место, конечно же не обошлось без отряда кибер-ниндзя. Это был самый минимум помимо Севильи Мэй, который был допустим. Около двадцати пяти человек.
Аэроспидеры причалили к частной площадке на вершине башни «Минато». Ветер на высоте был сильным и холодным, но сама площадка была защищена энергетическим куполом, гасившим порывы и создававшим тишину. С другой стороны уже стоял изящный, стремительный челнок в тёмно-зелёных и серебряных тонах — цвета Дома Фюрстенберг.
В стеклянных дверях, ведущих в пентхаус, их ждал сам Тассило. На нём был тёмно-серый фрачный костюм без излишеств, лишь на лацкане серебряная эмблема его рода. Рядом с ним стояли двое: мужчина и женщина в строгих деловых костюмах, с лицами аналитиков и острыми, всё оценивающими взглядами. Его охрана была невидима, но Севилья почувствовала их — не менее пяти точек потенциального угрозы, грамотно расставленных по периметру крыши и внутри здания.
— Марин-сама, — Тассило слегка поклонился, его взгляд на миг задержался на её платье, оценив смелость и стиль. — Благодарю, что приняли приглашение. Прошу. Условия, как и обещал.
Внутри пентхаус поражал минимализмом и видом на ночной Токио. Посреди просторной гостиной стоял длинный полированный чёрный стол. На нём уже были расставлены блоки с голографическими интерфейсами, картами и… два старинных хрустальных графина с тёмно-рубиновой жидкостью — вином с его родовых виноградников, как позже пояснил один из его помощников.
— Здравствуйте Тассило. — Вошла она в сопровождении Мэй и одного кибер-ниндзя, чьё лицо было сокрыто. Девушка тут же разместилась в мягком кресле. — Вижу, практически я тоже. Не считая того, что снаружи. Однако, я здесь вы здесь, и я вся во внимании.
Тассило занял место напротив, его помощники сели по обе стороны. Женщина активировала голограмму — не карту, а сложную схему, напоминающую переплетение корней и нейронных сетей.
— Ценю прямоту, — начал он, его пальцы сложились перед собой. — Итак, предложение. Мы в клубе наблюдаем за вашим успехом. Вы создаёте аудиторию, которая не читает политических сводок, но следит за каждым вашим постом. Это невероятный ресурс. В то же время, наш клуб… обладает другими ресурсами. Доступом. К определенным закрытым пространствам, событиям, целым мирам, не представленным в публичном медиа-поле.
Он сделал паузу, дав ей впитать информацию.
— Мы предлагаем не слияние активов. Мы предлагаем эксклюзивный контент. Вы — первый и единственный инфлюенсер, который получит доступ, скажем, к церемонии открытия новой линии ДОС на краю Империума, к охоте на ксенозверей в заповедниках Киммерии, к светским раутам, где решаются судьбы секторов. В обмен… вы делитесь частью аудитории. Не явно. Через скрытые метки, упоминания, определённую эстетику в ваших постах, которую мы подготовим. Это будет… взаимовыгодная культурная экспансия. Ваш гламур — нашу старую мощь.
Внимательно слушая Марин кивнула. — Это можно рассмотреть, но вы должны понимать, что это будет и продвижение нашей культуры в ваших мирах. В частности в Киммерии, Ригель, Ханайя. Думаю колонистам, особенно их детям и подросткам будет приятно получить доступ к официальным центрам развлекательной индустрии?
Глаза Тассило блеснули — он явно ожидал такого встречного хода и был к нему готов. Его помощница-аналитик едва заметно кивнула, её пальцы затанцевали в воздухе, корректируя голограмму. На схеме появились три новые яркие точки, обозначающие названные системы.
— Разумеется, — ответил принц, и в его голосе зазвучали нотки делового азарта. — Мы не предлагаем одностороннюю сделку. Пакет «культурного обмена» будет включать в себя приоритетные права для студий Арасака на открытие кинотеатров, хард-голограмм парков и мерч-сетей в столичных мирах этих систем. Более того… — он обменялся взглядом со своим помощником-мужчиной, — клуб может выступить гарантом и спонсором для проведения ежегодного фестиваля «Neo-Kawaii Expo» на одной из наших ДОС. Ригель-Хальтер, к примеру, имеет идеальные логистические возможности.
Он откинулся на спинку кресла, оценивая её реакцию.
— Вы получаете новые, эксклюзивные площадки для своего контента и бизнеса. Мы получаем инструмент для работы с молодёжью колоний и… свежий ветер в несколько закостеневшую атмосферу. Все выигрывают. Кроме, пожалуй, наших общих скучающих конкурентов.
— Предложение довольно дельное. Кивнула Марин. — И я имею полномочия к формированию и заключению договора. Однако, я вижу и перспективы в дальнейшем взаимодействии, не только со мной, но и с другими активами нашего клана, автомобилестроение, киберимпланты, и прочее. Конечно не в краткосрочной перспективе.
Тассило улыбнулся — на этот раз улыбка была менее официальной, в ней появилась тёплая искра реального удовлетворения.
— Вы мыслите как стратег, Марин-сама. Это похвально, — сказал он, и его взгляд на мгновение скользнул по безупречному силуэту кибер-ниндзя за её спиной. — Первый договор — это мост. Если он выдержит испытание трафиком и политическими ветрами, то по нему смогут пройти и более… весомые грузы. Мои коллеги из комитета по развитию клуба уже проявляли осторожный интерес к системам кибербезопасности вашего холдинга. И к… дизайнерским решениям в области транспорта. Ультра-люкс сегмент в наших мирах несколько однообразен.
Он сделал лёгкий жест, и его помощник достал из портфеля тонкий, матовый планшет, положив его на стол между ними.
— Здесь — предварительный меморандум о культурном сотрудничестве. Все обсуждаемые пункты: доступ, эксклюзивность, права на вещание, взаимные инвестиции в инфраструктуру. Мы можем подписать его сегодня как декларацию о намерениях. А детали — отточить в течение стандартных десяти рабочих дней нашими юридическими командами. Устраивает?
Марин подняла планшет и внимательно начала исследовать детали, в них не было подводных камней, в силу того что это был простой меморандум, открывающий однако большие перспективы. Кивнув, девушка ответила. — Вполне, такой документ мы можем подписать.
Секретарь-аналитик подала изящную перьевую ручку с наконечником из полированного черного обсидиана — явно фамильную реликвию. Тассило взял её первым, его подпись легла на экран плавным, отработанным росчерком с готическими завитками. Затем он передал ручку Марин.
Когда её подпись, более стилизованная и динамичная, встала рядом с его, голограмма на столе ярко вспыхнула, подтверждая юридическую силу документа в сетях обеих сторон. В воздухе повисло лёгкое, но ощутимое напряжение — момент, когда абстрактная идея превращалась в факт.
Тассило поднял свой бокал с вином, который до этого момента оставался нетронутым.
— За начало, — произнёс он просто. Его помощники последовали его примеру. Взгляд принца, теперь без намёка на иронию, был тёплым и оценивающим. — И за смелость. Надеюсь, наше сотрудничество окажется столь же… живым, как и ваши образы.
Подняв в ответ бокал, Марин кивнула. — Кампай! И выпила из своего бокала.
Вино оказалось глубоким, сложным, с нотами выдержанного дуба и тёмных ягод — вкус столетий и далёких миров. После тоста атмосфера в зале смягчилась, став почти что светской. Помощники Тассило тихо переговаривались, синхронизируя первые шаги по меморандуму через защищённые каналы.
Сам принц отставил бокал и внимательно посмотрел на Марин.
— Первый контент, — сказал он заговорщицки, как бы делясь не рабочим планом, а интересной идеей. — Через неделю на ДОС «Либлихсхофф» состоится вернисаж художников из системы Киммерия. Очень… атмосферно. Голографические полотна, реагирующие на биоритмы зрителя. Думаю, вашей аудитории это могло бы понравиться. А вид из обсервационной палубы на туманность «Плачущий Ангел» в этот период просто феноменальный. Если вы свободны, я могу организовать приватный тур до официального открытия.
— Это в Ахиллесовом секторе Сегментума Солар. Она вспомнила своё расписание. — Воспользуюсь Звёздными Вратами, чтобы прибыть. С вас доставка с планеты на орбитальную станцию и обратно. Со мной разумеется будет штат охраны Арасака Секьюрити. В это время вмешалась Мэй пояснив. — Штатный отряд рикусентай в таких дальних от Терры системах, это три сотни человек, батальон. Первая сотня будет у Врат, вторая и третья прибудут на станцию, одна для контроля портов, другая для сопровождения.
Лицо Тассило на миг выразило неподдельное уважение, смешанное с лёгкой иронией. Он оценивающе кивнул.
— Батальон… Впечатляющий масштаб. Но для безопасности гостя такого уровня — более чем оправдан. Доставка с планеты Киммерия-Прима на ДОС «Либлихсхофф» будет обеспечена моим личным челноком и эскортом из сил местной обороны. — Он обменялся быстрым взглядом со своим помощником-мужчиной, который тут же сделал пометку. — Координацию маршрутов и зон ответственности наши службы безопасности уладят в течение суток.
Он поднялся, сигнализируя, что деловая часть встречи завершена.
— В таком случае, я с нетерпением жду вашего прибытия, Марин-сама. Уверен, это будет событие, которое запомнится. И, возможно, положит начало чему-то большему, чем просто удачный пост в сети.
Она также встала и сделала лёгкий поклон. — Благодарю. Это была весьма продуктивная встреча. Хорошего вечера. Ответила Марин направляясь обратно к кортежу, для перемещения домой.
Тассило ответил на её поклон почтительным кивком, его взгляд провожал её до выхода. Его помощники уже сворачивали голографические интерфейсы, а невидимая охрана с обеих сторон начала скоординированный отход, растворяясь в тенистых углах пентхауса и на крыше.
Аэроспидеры Марин, их двигатели тихо взрев на холостом ходу, ждали на площадке. Севилья Мэй, войдя в салон последней, бросила последний оценивающий взгляд на тёмный силуэт челнока Фюрстенбергов, прежде чем дверь бесшумно закрылась. Ночной Токио проплывал внизу, сверкая миллиардами огней, но в салоне царила сосредоточенная тишина, нарушаемая лишь тихим жужжанием имплантов, передающих первые отчёты о состоявшейся договорённости в штаб-квартиру Арасака.

[Sven]

Вопреки всем ожиданиям, Марин как и было оговорено слетала к Звёздным Вратам, посетила планету Киммерия, и станцию "Либлихсхофф" на её орбите, отсняла целую серию качественных выпусков для своих информационных ресурсов, но больше - ничего. Она вернулась домой, в Японию тем же способом, через Врата Киммерии и Земли, а потом челноком аэро-спидером из Сибири (где располагались Земные Врата) в дом Арасака, в территории Терры Японии. Здесь, уже дома она планомерно выпускала свои видео, в соответствии с контрактом. Всё было сделано весьма полезно для Арасаки и для партнёров.
Недели текли размеренно. Контент, отснятый на Киммерии и «Либлихсхоффе», произвёл ожидаемый фурор: эстетика старых аристократических миров, пропущенная через яркий, динамичный стиль Марин, привлекла миллионы новых подписчиков как в Империуме, так и за его пределами. Отдел аналитики Арасака фиксировал рост положительных упоминаний о холдинге в престижных кругах и пробный интерес к их кибернетическим решениям со стороны управляющих ДОС.
Прошёл месяц после успешной «Киммерийской серии». Жизнь Марин вернулась в привычное русло: съёмки, блог, светские мероприятия в Токио. Однако однажды утром, во время её ежедневного просмотра уведомлений, на личный, максимально защищённый канал пришло сообщение. Оно было зашифровано ключом, который использовался только один раз — во время переговоров в «Минато».
Текст был лаконичным: «Надеюсь, пыль чужих звёзд не затмила вкус здешнего кофе. В саду храма Мэйдзи в полдень сегодня. Столбик с номером семь. Если найдёте время для старого знакомого и новой идеи. — Т.Ф.»
Сообщение самоуничтожилось через пять секунд. Храм Мэйдзи — публичное, но спокойное место в самом центре Токио, идеальное для незаметной встречи под видом случайности.
Для подобной прогулки и посещения, конечно же были приведены все необходимые меры предосторожности. И когда аэро-спидер Марин Арасака вылетел в направлении сада, при храме Мэйдзи, всё было готово. Она сделала аккуратную причёску, на стыке современности и стиля эпохи Эдо, и на ней было розовое кимоно, с вышивкой белыми нитями в виде цветов. Вскоре аэро-спидер приземлился на площадке, и девушка пошла в направлении сада в сопровождении Сильвии Мэй. Для оной встречи, часть парка была отцеплена сотрудниками Арасака и токийской полиции.
Вход в выделенную зону сада напоминал портал в другой мир. Гул мегаполиса стихал, сменяясь шепотом вековых кедров, шуршанием гравия под ногами и тихим плеском прудов. Указанный столбик с номером семь находился в уединённой рощице у небольшого, кристально чистого ручья.
Тассило фон Фюрстенберг ждал, прислонившись к древнему камню с высеченной каллиграфией. На нём был не деловой костюм, а тёмно-синее хаори поверх простой светлой рубашки и брюк — попытка вписаться в местный колорит, хотя его осанка и внимательный взгляд выдавали в нём чужака. Его собственная охрана, двое мужчин в стильной повседневной одежде, растворились среди деревьев на почтительной дистанции, образуя невидимый периметр вместе с агентами Арасака.
Увидев Марин, он выпрямился, и на его лице появилась лёгкая, искренняя улыбка, лишённая прежней светской иронии.
— Марин-сама, — он сделал небольшой поклон. — Благодарю, что нашли время. Вы выглядите… как ожившая гравюра укиё-э. Это комплимент высшей пробы в моих кругах. Рад, что наша первая совместная venture оказалась столь успешной.
Девушка разместилась на скамейке и учтиво кивнула.
— Это действительно был прекрасный перфоманс, менеджеры фиксируют высокие показатели. И главное эти показатели в основном с разряде позитивных моделей фидбэка.
Он сел на скамью на почтительном расстоянии, сохраняя непринуждённую, но уважительную позу. Его взгляд блуждал по мшистым камням и клёнам, прежде чем вернуться к ней.
— Рад это слышать. Успех был взаимным. Винные погреба Дома Фюрстенберг на Киммерии не видели такого ажиотажа со времён… ну, очень давно. — В его голосе прозвучала лёгкая самоирония. — Но сегодня я здесь не только чтобы обменяться отчётами. Есть одна… личная просьба. Вернее, предложение, которое не совсем вписывается в рамки меморандума.
Он сделал паузу, собираясь с мыслями, его пальцы слегка постукивали по колену.
— Через неделю в моём… семейном поместье под Постдамом состоится одно мероприятие. Не официальный приём клуба. Скорее, частный вечер. Для очень узкого круга. Там будут люди, чьё мнение формирует повестку, но которые избегают голограмм и публичности. Они видели ваши материалы с Киммерии. И проявили интерес. Не как к инфлюенсеру, а как к… представителю новой, работающей модели мягкой силы. Мой отец и некоторые другие члены клуба были бы польщены, если бы вы согласились посетить этот вечер. В качестве моего личного гостя. Это был бы следующий логичный шаг после публичного успеха — закрепление на уровне личных связей.
Она кивнула, и взглянула на мемориальный камень.
— Я подумаю над этим предложением.
Ответила девушка прикидывая небольшой семейный совет, и желая послушать мнение отца.
Тассило кивнул, не выражая разочарования — он явно ожидал такого ответа.
— Разумеется. Это вопрос, требующий обдумывания, — его голос был спокоен. — Просто передайте, пожалуйста, вашему отцу, что Дом Фюрстенберг гарантирует высочайший уровень безопасности и абсолютную конфиденциальность. Это будет встреча в стенах, где даже стены умеют хранить тайны. — Он слегка улыбнулся, в его словах сквозило понимание параноидальных стандартов безопасности таких семей, как Арасака.
Он встал, давая понять, что не будет давить.
— Я останусь в Токио ещё на три дня. Мой канал для ответа открыт. Независимо от вашего решения, Марин-сама, для меня уже было честью сотрудничать с вами.
Также поднявшись, чтобы проследовать обратно, девушка слегка поклонилась.
— Благодарю, хорошего вечера.
Тассило ответил почтительным, но неглубоким поклоном, его взгляд на мгновение задержался на её розовом кимоно, сливавшемся с осенней листвой. Он не стал провожать её, оставаясь у ручья, как гость, погружённый в созерцание сада.
Севилья Мэй, шагнув вперёд, заняла позицию между Марин и остальной частью парка, её острый взгляд выискивал любые аномалии в умиротворяющем пейзаже. Шёпот имплантов в её ухе сообщал, что периметр чист, а агенты уже готовят путь к выходу. Лёгкий ветерок донёс до Марин смешанный аромат влажного мха, древесины кедра и далёкого, едва уловимого запаха дорогого табака — возможно, от одного из людей Тассило, скрывающегося в тени сосны. Обратный путь к аэроспидеру был бесшумным и стремительным, оставляя позади островок древнего спокойствия, теперь навсегда отмеченный отголосками политики и возможного будущего.

[CHASE]

Шум в больших городах не стихает никогда, Токио не исключение, единственное затишье что всё равно имело шум есть только в полуночные часы, когда по улицам идут те кто задержался с работы, те кто хорошо отдыхал после неё или те кого настигла бессонница. Гето был из последних, многие считают что состояние жилища отражает внутреннее состояние человека, и эта мысль шла мимо, всё было раставленно по полочкам, посуда вымыта, но внутри был хаос, мысли, мысли и мысли. Недели без сна, а может и месяцы, ему было не до этого, слишком сильно погрузившись в мысли выбраться из них невозможно, не самому, не одному... Мысли глушились лишь сигаретой и то не на долго, в одну из таких бесонных ночей он вышел на балкон с чаем и сигаретой, последней. Смотря в даль города, которую на самом деле не было видно за этажами небоскрёбов, о не мыслил над картиной, не мыслил о высоком, лишь прогонял в голове из раза в раз те диалоги, те слова что он мог сказать или никогда не скажет, то что уже упущенно и тем кто не вернётся, или не заговорит. Здания были гнетуще высоки, словно они наблюдают за всеми, наблюдают за ним. Сам он и не заметил как уже курит облакачиваясь на балкон, смотря не вниз, выдыхая сигаретный.
— Не спится ? — Спросил мужской голос чуть ниже. Как только Гето опустил голову, взглянул на седого мужчину что махнул ему рукой в знак приветствия, на что Гето ответил тем же движением.
— Ага... — Кратко ответил он, снова уставившись в небоскрёбы, разглядывая окна, что то горели светом, то молчали темнотой.
— Я бы мог сказать что работать надо больше что бы спать, но у тебя вид такой, будто недавно... Не знаю... Войну прошёл... — Продолжил старик куря трубку, старомодную, выполненную с сакуры. Гето не заметил как его последняя сигарета кончилась, он чего он вздохнул и выбросил её в пепельницу бурча и ругаясь на свою невнимательность и забывчивость. Пока Гето проклинал самого себя, старик ушёл оставляя его в одиночестве, пока его плеча не коснулась пачка сигарет.
— Забавный ты, ломка что ли? — Спросил его женский голос. Подняв голову Гето увидел девушку что тянула к нему пачку сигарет.
— Можно... И так сказать ... — Он выпрямился и вытащил одну сигарету из пачки. Кивнув девушке в знак благодарности, после чего закурил уставившись на неё. Девушка была с серебристыми волосами, фиолетовыми глазами, серебристыми круглыми очками, проколотыми ушами и пирсингом на них, Гето долго смотрел на неё разглядывая её лицо.
— Всё в порядке ? Выглядишь... Хуёво... Если честно — Её голос был мягок , спокоен.
— Не спал давно... Даже не знаю сколько... — Размеренно ответил он прикурив с зажигалки и повернувшись к высотам снова разглядывая из. — А ты чего? Время то немалое. — Добавил он притворно усмехнувшись, даже слишком притворно, что бы поверить в это, её же взгляд сузился когда она закурила смотря на него с спокойным взглядом.
— Тц , бессонница, да и кто вместо меня будет гриндить в играх ? — Ответила она живым голосом, после чуть окашлявшись. — Ёбаная пыль... Днём времени нет, работа работа и ещё раз работа. — Она посмотрела туда же куда и Гето. — Город... Странное место, непривычное что ли... Всегда хотела в таком жить, а теперь... — Она замолчала опустив голову выдыхая дым через нос.
— Хочеться сбежать ? — Добавил Сугуру слегка улыбнувшись, по настоящему. Ветер слегка обдувал балконы, запахи города смешались с горьким запахом дыма, а свет отблёскивал на стёклах авто и зданий, свет блистал разными тонами от красного до фиолетового. Две фигуры на разных балконах, но так близко, в этом свете, нет, в этой ночи это было, успокаивающе, возможно так действовал никотин , а может Гето сам себя убедил в этом.
— Абсолютно верно... — Ответила он довольно весело, а Сугуру... А Сугуру завороженно смотрел на девушку слушая каждое её слово. Девушка поправила волосы и потушив сигарету повернулась к двери. — Поговорим завтра ? Гето — Она чуть улыбнулась и скрылась за балконной дверью, Гето же докурил и перед тем как вернуться домой ответил.
— Поговорим... — Вернувшись в квартиру он осмотрел всё что было вокруг и хмыкнув разглядывая картину лёг на кровать снова пытаясь уснуть, теперь уже в тишине, полной звенящей тишине.

[CHASE]

Очередная ночь в Токио для Сугуру Гето. Он стоял на балконе, очередная ночь, шумная и яркая, пока он курил раздался голос, знакомый, хоть его ни разу не слышал, четкий голос.
— Сугуруууу... — Прозвучало весело сзади, на что Гето усмехнулся, но не повернувшись ответил.
— Да?
— Знаешь что ? Знаешь что? Знаешь что ? — Издевательски весело и нежно звучал голос позади.
— Нет, не знаю... — Ответил он улыбнувшись, словно увидел кого то.
— Не знаешь ? Как так ? Точно не знаешь ? — Продолжил голос, на что он спокойно и с улыбкой ответил.
— Неа, скажи пожалуйста — Уже расслабленно сказал он.
— Хм... Даже не знаюююю..... — Дразня продолжил голос, начав приближаться, словно уже встал сзади у уха. — Сугуру... — Прозвучало сзади уже серьезным тоном.
— Я слушаю... — Ответил он на тишину что порядком затянулась, внизу поехало несколько авто, люди шли внизу, это была продолжительная "тишина" города пока не прозвучало то чего он боялся больше всего.
— Я люблю тебя ... — Сказал голос, чётко, ровно, словно заученный на пожизненно текст, Сугуру обернулся, обернулся увидев фигуру, руки что беспокойно перебирали его измазанные в краске кисти, ноги что переступали с одной на другую словно ожидая чего то. Но когда он поднял голову, что бы взглянуть в глаза, он проснулся, лёжа в своей кровати и смотря в потолок.
— Я уже... Забыл твое лицо... — Сказал он словно призраку, после чего положил руку себе на глаза и попытался снова уснуть.

[Sven]

Проснувшись приблизительно к полудню, Марин Арасака поползла по постели, просторной и чистой в её пентхаусе, в Хироо Шибуе. Автоматическая система корпоративного ВИ, настроила освещение показав девушке солнце, но не так чтобы слепить её. Марин улыбнулась, и потянулась. После водных процедур, она в своей пижаме перешла к столику с завтраком и сенсорным лаптопом, где бегло просмотрела изменения котировок своих личных активов, потом активов всего клана, и посмотрела свой график на этот день. Ей предстояло встретиться с новыми потенциальными артистками, которые уже обошли по рейтингам многих конкуренток. Гёрлз-бэнд Hantrix стал первым кандидатом, в большое интер-галактическое турне, организованное Арасакой. Марин просматривала клипы трёх девушек, и проговорила их имена.
— Руми, Мира, Зои...отлично.
Она сделала пометку, и улыбнулась своим мыслям, переводя их под прямой лейбл Арасака, из одной из дочерних корпораций, где они числились доселе. Такие вещи в холдинге не подлежали обсуждению. В конце концов, лишь Арасака могла дать необходимые ресурсы, для межзвёздного турне.
За окном пентхауса простиралась панорама Хироо — района, где небоскрёбы корпораций встречались с яркой неоновой эстетикой развлекательных кварталов. Даже в полуденные часы, когда солнце стояло высоко, Шибуя жила своей особенной жизнью: гигантские голографические экраны на фасадах зданий транслировали рекламу, музыкальные клипы и срочные новости, а внизу, на многоуровневых перекрёстках, потоки людей и транспорта смешивались в единый, непрерывно движущийся организм. Воздух в пентхаусе был стерильно чистым — мощные системы фильтрации тщательно удаляли любые примеси, характерные для мегаполиса. Лишь лёгкий, едва уловимый аромат цветущей вишни, который ВИ поддерживал по желанию хозяйки, напоминал о том, что снаружи весна. На столике, помимо лаптопа и завтрака, стояла небольшая ваза с живыми цветами — ирисами, доставленными утром из оранжереи корпорации, расположенной в экологически чистом районе префектуры Нагано. Каждое утро свежие, каждый лепесток — идеальной формы. В соседней комнате, через открытую дверь, был виден гардероб — ряды идеально развешанной одежды, от повседневных костюмов до вечерних платьев. Несколько пар обуви аккуратно стояли на специальных подставках. В углу гардеробной тускло мерцал голографический манекен, готовый в любой момент спроецировать любой наряд по первому требованию. В прихожей, за дверью пентхауса, бесшумно несли дежурство двое телохранителей в неприметных костюмах — их присутствие выдавали лишь едва заметные коммуникаторы в ушах да характерная, выдающая профессионала осанка. Лифт, ведущий в пентхаус, был заблокирован для всех, кроме заранее внесённых в список доступа. С улицы, сквозь звукоизоляцию, доносился приглушённый гул — город жил, дышал, работал. А где-то в другом конце Токио, в репетиционной студии дочерней корпорации, три девушки, чьи имена Марин только что произнесла, готовились к встрече, которая должна была изменить их жизнь.

Спустя час, в новом потрясающем прикиде, Марин Арасака восседала в кресле небольшого конференц-зала, того же небоскрёба, с прекрасным видом на город. Всё тут было обставлено в минимализме, и белом цвете, лишь над столом кружилась медленно голограмма с изображением лого корпорации Арасака. Напротив стояло три пустых кресла, и Марин наконец кивнула. Двери раскрылись, чтобы девушки могли войти. Конференц-зал располагался на одном из верхних этажей небоскрёба Арасака — достаточно высоко, чтобы город внизу казался игрушечным, но не настолько, чтобы терялась детализация. За огромной панорамной стеной, выполненной из сверхпрочного стекла, простиралась юго-западная часть Токио: изогнутые линии скоростных магистралей, россыпи кварталов, уходящие к горизонту, и лёгкая дымка, которая в ясный день почти не мешала обзору.
Стены зала были выдержаны в белом цвете — не стерильно-больничном, а мягком, с едва уловимой тёплой ноткой. Никаких лишних деталей, никаких отвлекающих элементов. Только длинный стол из полированного материала, напоминающего стекло, но на ощупь — прохладный и гладкий, как керамика. В его поверхности были утоплены сенсорные панели для заметок и голосовых команд. Над столом, медленно вращаясь вокруг своей оси, парила голограмма — знак корпорации Арасака. Алые линии сплетались в эмблему, которая была известна от Земли до самых дальних миров галактики. Свет от голограммы мягко подсвечивал лицо Марин, создавая на его чертах игру теней — спокойных, почти торжественных.
Кресла, в которых предстояло расположиться гостьям, были идентичны креслу Марин — те же изогнутые спинки, та же матово-белая обивка из дышащего материала, те же подлокотники со встроенными датчиками для контроля состояния сидящего. Никаких намёков на статус — только функциональность и комфорт. В углу комнаты, почти сливаясь со стеной, замер ассистент в строгом сером костюме — молодой человек с безупречной причёской и нейтральным выражением лица. В руках он держал планшет, готовый в любой момент записать распоряжение или вызвать службы обеспечения. За другой дверью, ведущей в подсобное помещение, слышалось едва уловимое жужжание кофемашины — там бармен уже готовил напитки по стандартному протоколу встреч: зелёный чай для гость и, возможно, минеральную воду. Марин откинулась в кресле, положив одну руку на подлокотник, другой чуть касаясь стола. Её взгляд был направлен на дверь, за которой — она знала это — уже ждали три девушки, чьи голоса и лица она изучала всё утро.
— Входите, — негромко произнесла она, и ассистент, получив сигнал через внутренний коммуникатор, кивнул. Двери бесшумно разъехались в стороны, открывая проход в коридор, залитый мягким белым светом. Оттуда, из полумрака, шаг за шагом, появлялись силуэты, ещё не различимые в деталях, но уже несущие в себе ту особую энергию, которую невозможно подделать — энергию молодости, таланта и надежды. Конференц-зал на мгновение замер в ожидании.
Девушки синхронно поклонились — не чопорно, как на официальных приёмах, а так, как кланяются в шоу-бизнесе: с достоинством, но без подобострастия. Руми чуть впереди, Мира и Зои — по бокам, образуя идеальный треугольник.
— Здравствуйте, госпожа Арасака, — голос Руми звучал ровно, без той наигранной бодрости, которой часто грешат молодые артистки. — Спасибо, что пригласили.
Она выдержала паузу, давая словам осесть, и продолжила:
— Мы понимаем, что встречи с главой корпорации лично удостаиваются не все. Поэтому... ценим.
Мира кивнула, её лицо оставалось спокойным, почти отстранённым, но в глазах мелькнуло что-то живое — интерес, смешанный с осторожностью.
— Да, это большая честь для нас, — добавила она тише, с лёгкой хрипотцой в голосе, которая делала её речь особенно притягательной.
Зои, стоявшая чуть с краю, улыбнулась — не дежурно, а тепло, почти по-домашнему.
— Мы готовы стараться, госпожа Арасака. Очень.
В зале повисла тишина — та особая, когда слова уже сказаны, но разговор только начинается. Девушки замерли в ожидании ответа Марин, их взгляды были устремлены на неё — молодую женщину, от которой сейчас зависело всё их будущее.
Марин кивнула им в ответ, и улыбнулась.
— Прошу присаживайтесь. Я лишь глава медиа-ветви корпорации, всё же главой корпорации является мой отец Арасака Сабуро-сама. Давайте же приступим. Итак, я перевела вас из под крыла одной из дочерних фирм, непосредственно под своё управление, по той простой причине, что у вас лучшие рейтинги, и безумно громадная фан-база, я хотела бы организовать вам турне, интер-галактическое, это значит не только в системах принадлежащих Империуму. Как вы возможно знаете, Арасака ведёт бизнес и в пространствах других стран. Что думаете?
Девушки переглянулись, и в этом коротком взгляде читалось целое совещание: удивление, растерянность, восторг и лёгкий страх — всё сразу. Первой, как и следовало ожидать, заговорила Руми. Она плавно опустилась в кресло, следом за ней сели Мира и Зои.
— Интер-галактическое, — повторила Руми, чуть наклонив голову, будто переваривая услышанное. Её фиолетовая коса скользнула по плечу. — Госпожа Арасака, если честно... мы думали, что максимум — это несколько систем в пределах Империума. Может быть, Корусант. Но чтобы сразу...
Она замолчала, подбирая слова, и на помощь пришла Мира. Девушка с розовыми хвостиками говорила спокойнее, почти расслабленно, но в её глазах горел холодный огонь азарта.
— Это звучит как вызов, — произнесла Мира, чуть приподняв подбородок. — А мы любим вызовы. Но если честно... мы не ожидали, что наш бэнд заметят на таком уровне.
Зои, сидевшая с краю, слегка покачивала ногой под столом — единственный признак волнения, который она себе позволяла. Её чёрные пучки-корзинки чуть подпрыгивали в такт.
— Госпожа Арасака, — её голос был мягче, чем у остальных, почти детский, но в нём чувствовалась искренность, — а где именно? Какие планеты? Мы... ну, я лично никогда не была даже за пределами Солнечной системы. Только в голо-net видела.
Она смущённо улыбнулась, и в этой улыбке проявилась та самая "сердечком" форма губ, которую её фанаты обожали.
Руми перехватила инициативу:
— Мы готовы, госпожа Арасака. Правда. Репетиции, новые программы, адаптация материала под разную аудиторию — сделаем. Но... — она чуть помедлила, — могу я спросить? Почему именно мы? Конкурентов много. С рейтингами выше, с бюджетами больше.
Она смотрела прямо на Марин, без вызова, но и без подобострастия. Просто ждала ответа. Мира и Зои тоже замерли, ожидая. В зале стало тихо, только голограмма Арасаки мягко гудела над столом, отбрасывая алые блики на белые стены и лица трёх девушек, чья жизнь только что совершила крутой поворот.
Марин чуть прищурилась и покачала рукой.
— Наши ВИ считывают рейтинги в режиме посекундном, у вас перспектива выше, уже через месяц рейтинги были бы выше всех, и без этого турне. Так что не стоит недооценивать себя. Что касается планет, во-первых Империум, конечно же, это будет Марс в городе Найт-Сити, потом Тахлис, там...в планетарной столице. Потом планета Бакура, одноимённого сектора. Далее заграничный тур: планета принадлежащая строго нашей корпорации Тори-но-Корусу, потом вы полетите в страну Мирукито, выступите на планете Камео, это не столица где живёт тэнно, но там у них индустриальная, торговая и главное столица развлечений, лучшая площадка там. Потом будет самый дальний перелёт, фактически в другой конец галактики, вы выступите в Корпоративном Секторе Автаркия, где широки наши активы в совместном холдинге с компанией из Мирукито "Мицуёси-Арасака". Там вас ждёт планета Этти-4 столица сектора, и после планета Эрайстес, город Рио-де-Нова, между прочим построенный нашей цезариной Фемидией, столица энтертеймент и фэшн индустрии в КСА. Всё понятно?
Руми слушала, не перебивая, и с каждым названием планеты её брови поднимались всё выше. Когда Марин закончила, она на секунду прикрыла глаза, будто мысленно расставляла точки на карте галактики.
— Найт-Сити на Марсе, — медленно произнесла она, открывая глаза. — Я слышала, это город, который строят с нуля. Абсолютно новый. Выступать там... это войти в историю.
Мира, до этого сидевшая с каменным лицом, вдруг позволила себе лёгкую улыбку — редкую, но оттого особенно ценную.
— Тори-но-Корусу, — повторила она название с заметным удовольствием. — Планета, названная в честь птиц. Говорят, тамошние закаты — лучшие в секторе. И атмосферные концертные залы под открытым небом.
Она обернулась на Зои, и та кивнула, перехватывая эстафету.
— Мирукито, Камео, — Зои чуть склонила голову, чёрные пучки качнулись. — Там же, кажется, главный офис ваших партнёров, Мицуёси? А про Рио-де-Нова на Эрайстесе... — она мечтательно выдохнула, — мы видели картинки в сети. Это похоже на сон.
Руми выпрямилась в кресле, и её лицо приняло то выражение, с которым она выходила на сцену — собранное, решительное, почти воинственное.
— Всё понятно, госпожа Арасака. Более чем. Это не турне. Это... — она запнулась, подыскивая слово, — это полёт. Мы справимся.
Она посмотрела на Миру и Зои. Те молча кивнули. Три пары глаз встретились — лидер, интеллектуалка, душа группы. Единое целое, готовое к звёздам.
Мира добавила тише, но с той хрипотцой, что делала её голос таким узнаваемым:
— Когда начинаем репетировать новую программу?
Зои же, не удержавшись, тихонько прошептала, словно самой себе:
— Рио-де-Нова... надо будет новое платье.
Марин улыбнулась.
— Да, я полечу с вами в этом турне. И с нами будет целая армия специалистов, визажистов, костюмеров, звукооператоров, голографических операторов и прочее прочее, вы понимаете. Так что, если вы готовы отправляйтесь с ассистентом, всё будет подготовлено для репетиций.
Руми первой поднялась с кресла, и в её движениях появилась та пружинистая энергия, которая всегда предшествовала выходу на сцену. Она коротко кивнула Марин — без лишних слов, но с искренней благодарностью в глазах.
— Мы готовы, госпожа Арасака.
Мира встала следом, чуть поправив рукав блузы — жест автоматический, почти незаметный, но выдающий в ней перфекциониста, который уже мысленно перебирал гардероб для турне.
— Спасибо, что летите с нами, — произнесла она ровно, но в голосе проскользнула та особая нотка, которую фанаты называли "мира-тепло". — Это много для нас значит.
Зои поднялась последней, и её лицо озарилось той самой улыбкой — сердечком, искренней, немного детской.
— Армия специалистов... — протянула она мечтательно. — Я всегда хотела узнать, каково это — когда над тобой работает целая команда профессионалов. А не ты сама с феном и тушью в гримёрке за час до выхода.
Она хохотнула, и Руми легонько толкнула её локтем — без злости, по-свойски.
Три девушки синхронно поклонились Марин — ровно настолько глубоко, насколько требовал протокол, но с той долей искреннего уважения, которую не пропишешь ни в одном этикетном пособии.
— Мы не подведём, — сказала Руми, выпрямляясь. — Обещаем.
Ассистент в сером костюме бесшумно открыл дверь, пропуская девушек. Они двинулись к выходу — фиолетовая коса, розовые хвостики, чёрные пучки-корзинки. Три совершенно разных силуэта, которые скоро должны были стать лицом самого масштабного турне в истории Арасаки.
В дверях Зои обернулась на мгновение:
— Госпожа Арасака... а на Рио-де-Нова мы сможем погулять? Ну, хоть немного?
— Зои! — шикнула на неё Руми, но в голосе не было настоящей строгости.
Дверь закрылась, оставив Марин в тишине конференц-зала, где над столом всё так же медленно вращалась голограмма корпорации, отбрасывая алые блики на пустые кресла.
Марин чуть расширила глаза и кивнула.
— Конечно! Я сама так далеко никогда не улетала, мы везде погуляем. Хотя конечно с соблюдением всех мер безопасности. Но с этим проблем не будет.
Она усмехнулась.
— Вы же понимаете Арасака-Секьюрити всё устроит.
В дверях Зои просияла — её улыбка-сердечко стала ещё заметнее, а в тёмных глазах заплясали весёлые искорки. Она почти подпрыгнула на месте, но сдержалась, вспомнив, где находится.
— Спасибо, госпожа Арасака! — выдохнула она с таким искренним восторгом, будто Марин только что подарила ей не разрешение на прогулку, а целую планету.
Руми, стоящая рядом, закатила глаза — но по-доброму, с лёгкой улыбкой на губах.
— Зои, ты могла бы спросить об этом позже, — заметила она, но в голосе не было упрёка.
— А что такого? — Зои пожала плечами, её пучки-корзинки качнулись. — Важно же знать, брать с собой удобные кроссовки или только сценарные туфли.
Мира, уже стоявшая в коридоре, обернулась и чуть приподняла бровь — её лицо оставалось спокойным, но в глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.
— Арасака-Секьюрити, — повторила она задумчиво. — Говорят, их специалисты могут обеспечить безопасность где угодно. Даже в Рио-де-Нова, где, наверное, будет столпотворение.
Она посмотрела на Марин с лёгким любопытством, но переспрашивать не стала — не тот характер. Вместо этого она просто кивнула, принимая информацию к сведению.
Руми, уже стоя одной ногой в коридоре, обернулась в последний раз.
— Ещё раз спасибо, госпожа Арасака. Мы начнём готовиться прямо сегодня. Репертуар, хореографию, визуальный ряд — всё пересмотрим под новые площадки.
Она помолчала секунду и добавила чуть тише:
— Вы не пожалеете.
Ассистент в сером костюме терпеливо ждал, держа дверь открытой. Три девушки — лидер, интеллектуалка и душа группы — шагнули в коридор, залитый мягким белым светом. Их шаги зазвучали в унисон, удаляясь по направлению к лифтам, где их уже ждал транспорт до репетиционной базы.
За окном конференц-зала солнце Токио клонилось к полудню, заливая город золотистым светом. Где-то внизу, среди небоскрёбов и неоновых вывесок Шибуи, начинался новый день для трёх девушек, которые совсем скоро должны были покорить галактику.

[Sven]

Подготовка к большому турне группы Hantrix шла полным ходом, от космодрома в Токио, до складов и офисов Арасака, в том же городе. На рабочий компьютер Марин пришли точные сводки всех кто полетит и на чём полетят. Было решено нанять два звездолёта токио-класса и беруш-класса, с соответствующим размещением:
1. Корабль «Токио-класс» (VIP / творческая группа / съёмочная группа) — 90 мест (заполняем полностью)
Категория Количество
Руководство и таланты
Марин Арасака 1
Гёрлз-бэнд Hantrix (Руми, Мира, Зои) 3
Личный ассистент Марин 1 Мэй
ИТОГО 5
| Личная охрана Марин (Гвардия Арасака / киберниндзя) | |
| Начальник охраны (Севилья Мэй) | 1 |
| Командир киберниндзя | 1 |
| Бойцы личной охраны | 13 |
| ИТОГО | 15 |
| Творческая команда Hantrix | |
| Главный продюсер турне | 1 |
| Музыкальный продюсер / саунд-дизайнер | 1 |
| Хореограф | 1 |
| Вокальный педагог / коуч | 1 |
| ИТОГО | 4 |
| Стиль и визаж | |
| Главный стилист (образы для всех выступлений) | 1 |
| Визажисты (по 1 на каждую девушку + 1 для Марин) | 4 |
| Парикмахеры | 2 |
| Костюмеры / гардеробщики | 3 |
| ИТОГО | 10 |
| Съёмочная группа (бэкстейдж / блоги / контент) | |
| Режиссёр контента (отвечает за весь визуальный ряд турне) | 1 |
| Операторы-постановщики (крупные планы, интервью, концерты) | 3 |
| Операторы «скрытой камеры» (для живого, непостановочного бэкстейджа) | 2 |
| Видеоинженеры / монтажёры (онлайн-монтаж для быстрого выпуска) | 3 |
| Фотографы (студийные и репортажные съёмки) | 2 |
| Администратор контента / редактор соцсетей (постинг по графику) | 1 |
| Копирайтер / сценарист для постов и подписей | 1 |
| Техник по оборудованию (камеры, свет для съёмок, дроны) | 2 |
| ИТОГО | 15 |
| Звук и свет (ключевые специалисты на VIP-корабле) | |
| Главный звукорежиссёр турне | 1 |
| Главный светорежиссёр турне | 1 |
| Главный голографический оператор турне | 1 |
| ИТОГО | 3 |
| Медицина и поддержка | |
| Врач (кибер-медик с имплантами) | 1 |
| Медсестра / фельдшер | 1 |
| Психолог (для работы с группой в стрессовых ситуациях) | 1 |
| ИТОГО | 3 |
| Административная группа | |
| Координатор турне (связь с площадками и местными властями) | 1 |
| Администратор по работе с артистами (решение бытовых вопросов Hantrix) | 1 |
| Финансовый администратор (расходы на месте) | 1 |
| ИТОГО | 3 |
| ИТОГО «Токио-класс» | 58 человек |
(32 места остаются свободными — резерв для дополнительных специалистов).
2. Корабль «Эмбарер» (силовой блок / техника / основная охрана) — 330–350 человек
Категория Количество
Батальон рикусентай Арасака Секьюрити
Командир батальона (офицер) 1
Штаб батальона (связь, планирование, логистика) 5
1-я рота (передовой отряд / охрана Врат) — 100 бойцов 100
2-я рота (контроль портов и космодромов) — 100 бойцов 100
3-я рота (личное сопровождение на концертах и мероприятиях) — 95 бойцов 95
Взвод тяжёлого вооружения / технической поддержки 10
Медики батальона (полевая хирургия) 4
ИТОГО 315
| Техническая группа турне (полный состав) | |
| Технический директор (координация всей сцены и оборудования) | 1 |
| Звукотехники (полный состав) | 6 |
| Светотехники (полный состав) | 6 |
| Голографисты / видеоинженеры (полный состав) | 6 |
| Монтажники сцены / риггеры | 10 |
| Специалисты по пиротехнике / спецэффектам | 2 |
| ИТОГО | 31 |
| Логистика и транспорт на планетах | |
| Начальник логистики (выгрузка / погрузка / перемещение) | 1 |
| Водители погрузчиков / операторы тяжёлой техники | 5 |
| Координаторы транспорта (связь с местными перевозчиками) | 2 |
| ИТОГО | 8 |
| Кейтеринг и хозяйственное обеспечение | |
| Шеф-повар (обеспечение питания всей миссии) | 1 |
| Повара / кухонные работники | 6 |
| Хозяйственный администратор (запасы, уборка, быт) | 2 |
| ИТОГО | 9 |
| Резерв / дополнительные специалисты | |
| Связисты (поддержка квантовой и гипер-связи) | 3 |
| Техники по кибернетике / ремонту имплантов | 2 |
| ИТОГО | 5 |
| ИТОГО «Эмбарер» | 368 человек |
*(вместимость позволяет — 80 сидячих мест для десанта + 288 на грузовых палубах в походных условиях)* |

Касательно весьма важного момента контент-мейкеров, так как турне должно было быть широко освещено в нетворках (ГолоСеть, ИнтерНет, УльтраНет, Арасака-Сфер) Марин самолично утвердила состав:
СЪЁМОЧНАЯ ГРУППА (детализация)
Должность Кол-во Задачи
Режиссёр контента 1 Общее видение, утверждение сценариев для постов и видео
Операторы-постановщики 3 Крупные планы, интервью, концертные номера
Операторы «скрытой камеры» 2 Живой бэкстейдж, репортажные съёмки без постановки
Видеоинженеры / монтажёры 3 Онлайн-монтаж для быстрого выпуска (чтобы посты выходили в день съёмки)
Фотографы 2 Студийные и репортажные фото
Администратор контента 1 Постинг по графику в соцсетях Марин и Hantrix
Копирайтер / сценарист 1 Тексты, подписи, сценарии для коротких видео
Техник по оборудованию 2 Камеры, свет для съёмок, дроны, передача данных
ИТОГО 15
Официальный штат миссии — 450 человек. На "Токио" — 58 человек: Марин Арасака, Hantrix, творческая группа и съёмочная бригада из 15 человек для бэкстейджа и блогов. На "Эмбарере" — 368 человек: батальон рикусентай (315 бойцов), техническая группа (31 человек), логистика, кейтеринг и связь. Оба корабля загружены с небольшим резервом. Всё готово к отправке. Оставалось лишь дождаться старта и отправки к точке первого концерта.