Орбитальная верфь "Гагарин"

[Sven]

Работы на орбитальной верфи «Гагарин» не прекращались ни на минуту — ни днём, ни ночью, ни в часы смены гравитационных волн, когда даже самые выносливые дроиды давали сбои. Четыре смены рабочих по шесть часов сменяли друг друга в идеальном ритме, словно шестерёнки одного гигантского механизма, вдохновлённого одной целью — строительством. Всего через неделю после закладки первых модулей нового флагмана типа «Глориана» в безмолвной черноте космоса уже начал угадываться его грозный силуэт. Огромные двигательные установки, смонтированные в кормовой части, ещё не выдали ни одной вспышки пламени, но уже сейчас они дышали будущей мощью. За ними, словно позвоночник исполинского существа, выстраивались модули — один за другим, от хвоста к носу, постепенно сужаясь в центральной части. В этой зоне, словно рёбра гиганта, крепились орудийные модули — десятки бронированных казематов, готовых принять вооружение. Но главное — то, ради чего «Глориана» должна была стать легендой — ещё только обретало форму.
Мега-орудия, полученные по программам международного договора Монархического Альянса от Королевской Лиги. Тип GRKG-1. Суперлазеры, способные одним выстрелом переломить ход любого сражения. Два чудовищных ствола, каждый длиной почти в 2800 метров, уже начинали монтировать в носовой части и под днищем — строго по курсу, чтобы ни один враг, оказавшийся на пути, не имел ни единого шанса. И пусть эти орудия казались чудовищными, сам корабль был поистине колоссален. Общая длина «Глорианы», которая уже явственно вырисовывалась в стапелях, достигала 19 000 метров. Суперлазеры, даже будучи размером с небольшую эскадру, оказывались всего лишь его «пальцами» — страшными, но соразмерными гигантской руке. А впереди были ещё десятки орудийных башен поменьше, сотни километров силовых кабелей, тысячи тонн броневых листов и бесконечные проверки систем. Работы на верфи «Гагарин» продолжались. Корабль рос. Для 14-й оперативной флотилии «Виктрикс» рождался новый флагман — медленно, но неумолимо, как айсберг, несущий в своей громаде ледяную, несокрушимую волю Империи.